Нервничала она еще больше, когда один из охранников подошел к сцене и потребовал спуститься на сцену. Марина лишь покачала головой в ответ, словно желая уйти от проблемы сама собой. Она знала, что приближается страшная игра: решать нужно было моментально.
И хотя я пообещала, что буду отдыхать, все же сбежала к Аресу на часок перед сном. Он выглядел все так же. Конечно, за то время, что я отсутствовала, вряд ли случились какие то перемены, но я все же надеялась – что он откроет глаза, и все сразу наладится.
Глупая, наивная Стася, которая верила в чудеса. И несмотря на то, что уходила я от него с тяжелым сердцем, заснула в тот вечер довольно быстро. А снился мне мой любимый мужчина. Он и наша дочь, у которой были глаза – как у папы…
– 69 Стася -
Следующую пару дней я провела практически целиком у постели Ареса.
С мужчиной, который снова спас меня, закрыв собой. Помимо общей слабости, у меня появилась легкая тошнота. Отчего есть практически не хотелось. На что врач, конечно, очень ругалась.
Вот и сегодня я сидела в кресле рядом с постелью Ареса, держала того за руку, устроив голову на его же кровати, и говорила все, что накопилось во мне за это время.
О том, как скучаю, как люблю его. И как сильно прошу, чтобы он пришел в себя.
– Да я на все глаза закрою, – заверяла я. – Только поправляйся… Я жду тебя… Мы ждем…
Я правда старалась быть спокойной и не нервничать, но слезы навернулись сами собой. И я не заметила, как так и задремала, сжимая руку любимого. А разбудил меня щелчок замка. Я дернулась и обернулась, сонно моргнув.
В палате был Самедов. Он прошелся по мне оценивающим взглядом, и снова стало не по себе.
– Как он? – наконец спросил незваный гость.
– По-прежнему, – сдержанно ответила я. И только сейчас заметила, что в руках Ильдара была два стакана с кофе. Один из которых он протягивал мне. – Нет, спасибо. Мне сейчас не стоит… – я тут же осеклась, отводя взгляд. Но было уже поздно.
– Даже так, – задумчиво протянул он. – То есть надеешься сделать Астахова примерным папашей?
Я побледнела тут же.
– Я ничего такого не думала, – сдержанно ответила, стараясь не показывать свои эмоции. – Просто хочу, чтобы он поправился.
– Тебе-то зачем теперь? Больше за тобой охотиться не будут. Все кончено.
– Это мое дело, – отвернулась я.
