Автор
Героиня решает уволиться от грозного босса Умарова, но тот не желает её отпускать. Между ними вспыхивает напряжённый конфликт, полный воспоминаний о прошлом. История о борьбе воль и неожиданных чувствах в стенах корпоративного мира.
– Тише-тише, Наденька, нельзя вам сильные чувства испытывать. Я обещал, как только ваши показатели будут более-менее приемлемыми, я отправлю вас домой.
– Когда? – спрашиваю сухими потрескавшимися губами и голос скрипучим кажется, чужим.
Врач прищуривается, а я силюсь разобрать, какой у него цвет глаз, но не нахожусь с ответом. Стальные глаза вроде. Серебристые, а не серые даже.
– Ну хотя бы пару дней дайте мне, – улыбается как-то тепло, но в то же время не переходит дистанции.
– Я сейчас… мне надо… понимаете?
Выдыхаю и горло начинает саднить, голос ломается.
– Как раз и не понимаю, Надежда Юрьевна.
Закашливаюсь.
– Воды? – задает вопрос, меняет тему, и я киваю.
Врач проходит в сторону столика, который находится неподалеку от окна, и наливает мне в хрустальный бокал воды из графина.
Надо же. В больнице и подобные атрибуты роскоши. Возвращается и протягивает мне стакан, но не отдает, помогает выпить.
Живительная влага разливается по небу, приносит долгожданную прохладу.
Врач дожидается, пока я насыщусь, и только после этого отнимает стакан, но не спешит вернуть его на место.
– Надежда Юрьевна, пока мы с вами одни, может, вы мне как врачу расскажете, куда так мчались, что сели в автомобиль и разогнались так, что чудом удалось вас спасти, не говорю уже о том, что вы и сейчас рветесь домой. В чем причина? Может, я смогу вам помочь ее разрешить?
Смотрю в холодное квадратное лицо врача и прикусываю язык. Не знаю, как реагировать на подобный выпад.
Хочу, чтобы ко мне принесли моего сына. Если я не могу пойти домой и увидеть его, то хотя бы пусть приведут в палату, чтобы я могла прижать свою Брошку к груди и вздохнуть полной грудью, но первый порыв проходит.
Передо мной человек, который если не хороший знакомый Умарова, то, как минимум, его человек. Я вспоминаю этот голос, вспоминаю, что в ту ночь, когда я снова упала под жернова страсти Баграта, именно этот человек приводил меня в чувства.
И если здравая часть меня говорит, что Умарову ничего не стоит узнать о моем сыне, то вторая я рвется защитить свою тайну всеми силами, поэтому я лишь сжимаю зубы и отвечаю вопросом на вопрос:
– Так когда я смогу уйти отсюда?"
"Не нравится мужчине моя реакция. Хмурится, жует широкие губы. Такой явно немного солдафон и с женщинами разговаривать не особо горазд, поэтому отвечает строго и по существу.
– Пара дней. Доделаем все анализы. Я дам указания, которые сведутся к щадящему режиму жизни на ближайшие дни, а далее свободны.
Наскучила. Довела. Достала.
