Автор
Температура у Евы роскошная — 38. Малышки хныкают и кривляются между нами с дрожью в теле. Опьяненная болью за каждого здорового ребенка, я не могу отвести глаз. Крестная стучит по столу так оглушительно, что кажется, будто вся квартира гудит в ответ. Это самое страшное время — когда хочется вскрикнуть, но вместо этого я завыю и буду прикрывать глаза от ужаса....
И что Захар?
Пожимаю плечами.
– Предложил работу.
– Какую? – у Адки от удивления вытягивается лицо.
– Понятия не имею, я ему сразу отказала.
Адка хмыкает и щелкает пальцами.
– Так ему.
– Ад, мы все, – кричит Сергей откуда-то со второго этажа.
– Ладно, мне тоже пора купать своих.
Подруга угукает.
– Когда приедешь к нам?
Пожимаю плечами.
– А куда я Еву с Егором дену, Ад?
Подруга цикает.
– С собой бери, вот проблема. Мы такси оплатим.
– У меня есть деньги, –бурчу под нос.
Мне всегда становится не по себе, когда подруга предлагает деньги.
– Не сомневаюсь, но приглашаем же мы, – Ада не теряется, – ну хотя бы половину."
"– Ад! Ну где ты там? Я тут сейчас с этим памперсом с ума сойду, – кричит Сергей.
Мы с ней начинаем хохотать.
– Мужчины, – закатывает глаза подруга и машет.
Посылаю воздушный поцелуй и отключаюсь.
– Так, малышня, – подхватываю Евку и утыкаюсь в её крохотный носик.
Она замирает.
– Ты такая милая, дочь, – вытираю подбородок.
– Вам сегодня на прием, Юль? – крестная выходит, вытирая руки о фартук.
– Ага, сейчас я смотаюсь в теплицу, должны приехать за букетом невесты, и пулей обратно. К двенадцати на прием, думаю, как раз успею.
– Давай, дочка, – крестная протягивает Егору руку, и сын уверенно цепляется за нее, поднимается на ноги, а у меня в груди все дребезжит.
А вдруг, вот сейчас…
Замираю в ожидании. Ева тоже, как будто бы чувствует мои волнения, смотрит на брата и продолжает причмокивать прорезывателем.
– Ну давай, малыш, – шепчу, стискивая Еву в объятиях.
Но чуда не происходит. Егор делает несколько шагов и, стоит крестной чуть ослабить хватку на его руке, плюхается на попу.
Крестная ободряюще улыбается мне и подмигивает.
– Не зацикливайся, Юль. Это нормально для мальчишек.
Вздыхаю и киваю.
– Просто Ева тоже за ним не хочет напрягаться и ходить.
Крестная смеется, подходит к нам и приобнимает меня за плечи.
– А ты как думала? Это близнецы все же. Они как зеркало, все чувствуют и повторяют друг за другом. Пойдут, никуда не денутся. Сегодня с врачом ещё поговори.
– А может, это из-за пальчиков Егора? – наклоняюсь возле сына и трогаю сросшиеся пальчики на ножке. – Вот же наградила тебя, мама, да?
Подмигиваю сыну. Он хватается за мои волосы и пробует подтянуться.
