Автор
Температура у Евы роскошная — 38. Малышки хныкают и кривляются между нами с дрожью в теле. Опьяненная болью за каждого здорового ребенка, я не могу отвести глаз. Крестная стучит по столу так оглушительно, что кажется, будто вся квартира гудит в ответ. Это самое страшное время — когда хочется вскрикнуть, но вместо этого я завыю и буду прикрывать глаза от ужаса....
Ещё один выдох, но мысли как были в полном хаосе, так и находятся.
Замечаю на крыльце движение и распознаю фигуру брата. Достаю с заднего сидения наше любимое угощение. Вываливаюсь из машины и машу ему.
– Каким ветром, братец? – язвит младший.
– Соскучился. Не виделись же уже сутки, – бурчу и взбегаю по ступенькам.
Назар протягивает руку для приветствия. Сжимаю и слышу скрип его зубов.
– Полегче, Геракл. Заходи.
Кивает на дверь.
– Только потише, Соня только что успокоила Антоху, не разбуди.
Угукаю и стараюсь издавать меньше шума.
– В кабинет или на кухню? – Назар застывает посреди коридора и вопросительно выгибает бровь.
– Давай в кухню, я пироженки притащил. Наши любимые.
Назар ржет.
– Боже, нам уже тридцать пять, а у меня до сих пор слюни текут, когда ты притаскиваешь эти пироженки.
Ржу вместе с ним, но вспоминаю просьбу брата и затыкаюсь. Я помню, как однажды разбудил Антоху и какой разгром он потом устроил в доме. Парень был очень не в настроении и отыгрывался на всех.
Но в отличие от Назара и Сони у меня нервы были не такими крепкими, и я сбежал через десять минут того кошмара.
Усаживаюсь на высокий стул возле барной стойки. Назар щелкает чайником и застывает возле кухонного гарнитура.
– У меня, кажется, есть дети.
– Прости? – удивленный голос братца заставляет поморщиться.
– Я сказал, что у меня есть дети. Вероятность процентов девяносто.
– У тебя девушка беременна? – у Назара на полную врубается режим идиота, и я рычу от досады.
– Нет, – поднимаю взгляд на брата и встречаюсь с удивленным его взглядом, – дети уже есть. Родились, почти год назад.
– Это как? – прищуривается, а я почти слышу, как в его голове вращаются шестеренки.
Да твою ж... уже жалею, что приперся к нему. Объяснять сейчас ему все с самого начала… Но и свалить я уже не смогу: главные слова сказаны, и теперь братец с меня не слезет, пока все не выяснит. Не зря ж адвокат. Он умеет и из полуживого правду вытянуть.
– Ты не знаешь, как появляются дети? Вроде у тебя тоже уже есть сын.
– Не врубай клоуна, – рычит Назар сквозь зубы.
А я сам готов зарычать, как зверь, которого ранили, но не добили.
– В общем, девушка, с которой я когда-то хотел замутить, родила близнецов.
Назар хмурится. Потирает переносицу.
– А ты при чем?
Ну, так-то он задает логичные вопросы. Это я все никак не соберу мозги в кучу, чтобы все ему выдать.
