Автор
Михаил решительно решил создать семью, даже не думая о возрасте или будущем. Его мечта пронзила сердце друга Майкла Трейси, который смотрел на него с удивлением и обеспокоенностью. В воздухе витает легкий акварельный свет, а вокруг тихо шуршат первые листья осени.
Михаил рассмеялся и коснулся подушечкой указательного пальца кончика моего носа.
— Я больше не думаю о Катерине, малышка, — признался он. — До тех пор, пока я винил себя в ее пропаже и, возможно смерти, было действительно тяжело. Но потом отпустило. Сразу после того, как я узнал, что…
Он замолчал и нахмурился. Лицо его стало хмурнее тучи.
— Узнал о чем?
Наверное, не стоило задавать ему этого вопроса. Он и без того сильно разоткровенничался. За несколько минут сказал больше, чем за все прошлые встречи. Мы словно сделали огромный шаг навстречу друг другу, сблизились, как никогда прежде.
Михаил посмотрел на меня, и глаза его сверкнули холодной сталью:
— Она жива, Маша.
— Катерина?! — зачем-то переспросила я.
Он кивнул и снова о чем-то задумался. А я онемела на несколько секунд. Выходит, все это время он действительно искал ее? И нашел… Но почему тогда он не с ней? Что случилось с Катериной десять лет назад? Почему она пропала без следа?
Мысли роились в моей голове, подобно пчелам.
Но он удивил. Меня и, кажется, самого себя.
Глава 37
Михаил
Дай малышке шанс, — попросил Майкл перед тем, как Михаил отправился на эту встречу.
И он действительно решил попробовать. Дать себе волю, побыть тем, кем был когда-то. Освободиться от тяжкого груза прошлого, от сомнений и предрассудков."
"Удалось.
Давно он не испытывал такого задора, такой жажды жизни. Словно вдруг проснулся после долгой спячки. Захотел за один день наверстать все то, что так долго не позволял себе. Улыбаться, шутить, радоваться солнцу и шуму волн. И девушке — такой простой и все же несравненно прекрасной и притягательной.
Удивительно, но даже в простой одежде ей удавалось выглядеть великолепно. Она казалась такой милой, родной и в то же время манящей, полной тайн и загадок.
Он смотрел на нее и не верил, что это она. Не маленькая девочка из его прошлого. А девушка, жаждущая любви. Любви взаимной. Она смотрела так, что у него ком застревал в горле, а в груди появлялось томительное, будто и неведомое прежде томление.
