Автор
В окне бликовала лунная пустота, но внутри квартиры жизнь пульсировала гладкими шторами и скрипящим полом. Гость с трудом поднялся на диван, его взгляд встретился с хозяином в соседней комнате – человеком, который не нуждался ни в чем. "Я здесь", — тот спокойным голосом выдавил из себя хозяин....
Может, туда пошла?
– А где это, не помните?
– Куда-то к этой, не помню, как ее… Балерина такая, любовница царя…
– Кшесинская?
– Вот-вот! Умница, Лейлочка, а у меня вот память совершенно дырявая стала. Лейлочка, вот скажи мне, пожалуйста, почему…
– Извините, Людмила Васильевна, у меня мясо горит! – воскликнула Лейла и бросила трубку.
– Соврала, – сообщила она Диме. – А то как начнет – на полчаса, не меньше. Уехала в особняк Кшесинской… Ой!
– Ага, – сказал Дима. – Какое совпадение. Что ж, поехали на «Горьковскую».
– Прямо так? – испугалась Лейка.
– Можешь переодеться.
– Нет, я не про это. То есть я, конечно, переоденусь, но… Димка, может, хоть Стасу позвоним? Это как-то страшно вдвоем.
– Его нет, – сказал Дима. – Я ему сразу позвонил, как приехали. И мобильник вне зоны действия. Ладно, одевайся. Я пока один звонок всё-таки сделаю.
Он набрал номер:
– Пап, это я. Я тут в одно мероприятие собираюсь. В особняк Кшесинской. Ты не против?… Да, никогда не спрашивал, а теперь спрашиваю! Ладно, я понял.
– Отцу позвонил, – сообщил он Лейке. – На всякий случай. У него друг в ФСБ работает. Если что, хоть какая-то страховка…
* * *Окна в левом крыле особняка Кшесинской ярко светились, правое было темным. В окнах двигались тени. На втором этаже, на балконе, курили какие-то люди. Сверху лилась приятная инструментальная музыка.
Дима и Лейка стояли в темном дворике перед дверью особняка. Отсюда, снизу, тусовка на втором этаже не казалась ни зловещей, ни даже просто необычной.
– Музей политической истории, – прочитал Дима. – Мы тут в пятом классе на экскурсии были. Заходим?
– Прямо так, нахрапом? – засомневалась Лейка. – Без приглашения? А нас пустят?
– Вот и посмотрим.
– Ладно уж. Как я выгляжу?
Дима, не ответив, потянул на себя тяжелую дверь.
В мраморном музейном вестибюле, украшенном революционной советской символикой, было почти пусто. Слева от двери на стульчике примостился пожилой охранник, не обративший на них никакого внимания. Несколько секунд Дима и Лейка топтались у входа.
– Музей закрыт, – пришел им на помощь охранник. – Завтра с десяти.
– Нам на мероприятие, – заявила Лейка.
– Наверх по лестнице, – охранник зевнул и полностью утратил к ним интерес.
– Вот видишь, – прошептал Дима, когда они понимались по указанной лестнице. – Никаких проблем.
На втором этаже было уже людно. Несколько человек курили на площадке. Лейку и Диму они встретили удивленными взглядами.
– Ага! – прошептала Лейка.
