Автор
Подобно Дездемоне, я воткнулась в ловушку собственного мужа. В этом доме произошло убийство, и никто не может помочь. Меня оставили здесь одни с моей сумкой и мыслями, а я молюсь, чтобы Тигран уехал без меня. Мысли путаются в вороньем гнезде, но надежды нет — он уже уехал, разозлившись и заплатив мне обидой....
– Не хочу, - и в противовес своим словам зеваю. – Жарко.
– Камин только разожгли, а ты уже раздеваешься. Выспалась?
– Немного. Сколько времени?
Усаживаюсь, вытягивая руки вверх, пока не раздастся характерный хруст в спине. Тим хмурится, не одобрительно качая головой. Он вечно бурчал, что так делать нельзя. И это ещё мужчина не слышал, как теперь у меня хрустит шея. Тигран каждый раз дёргается.
Но ничего не помогает, массажи и поход к специалистам проходит мимо проблемы. Как начала так «развлекаться» в седьмом классе, так и продолжаю.
– Девять вечера.
– Какой же неудобный диван, - жалуюсь, поправляя сползший с плеча рукав. – Не могли перенести меня в спальню?"
"Звучу капризно и сама кривлюсь с этого тона. Но правда ведь – теперь всё тело деревянное, а силы мужчинам не занимать. Могли бы хоть раз использовать свою наглость в нужном направлении.
– Тогда бы нам пришлось к тебе прикоснуться.
– Во-первых, ты только что меня касался. Во-вторых, обычно вам не машет это. И в-третьих… Вы с Муром теперь будете постоянно тыкать в мою проблему?
– Во-первых, - Тимофей копирует мою интонацию, улыбаясь. – Мы хотим не тыкать в неё, а помочь. А во-вторых, Мур?
Спохватываюсь, понимая, как я только что назвала одного из своих телохранителей. Резко оборачиваюсь, чтобы убедиться – Тимур не слышал моих слов. Но его нигде нет.
– Мур вышел поговорить по телефону. Так что это будет только между нами.
Я жду продолжение со словами «если» или «но», какое-то обязательное условие. Того, что стоило ожидать. А Тим всё молчит, даже бровью не ведёт. И мне приходится начать первой:
– Но?
– Раз уж ты спросила, - мужчина усаживается рядом на диван, делая немыслимую вещь. Обхватывает мои ноги, укладывая на свои колени. – Возьмёшь меня за руку.
– Не поняла.
– Пять минут, - протягивает мне ладонь. – И твоя цена уплачена.
– Зачем?
– Чтобы ты перестала дёргаться от любого моего касания. Ты ведь боишься, что я что-то сделаю, так?
– Не конкретно ты, а кто-то, любой.
– Значит, для начала убедишься, чтоконкретно я– ничего не сделаю. Давай, не стоит Муру знать о секретах.
Смотрю на ладонь мужчины. С несколькими мозолями, небольшой царапиной на подушичке большого пальца. У Тима руки даже не дрожат. Держит ровно, долго. Давая мне необходимое время всё взвесить.
Просто прикоснуться? Это глупость. Они касались меня намного больше, чем просто взять за руку.
