Автор
Ени, вздыхая, рассматривает облик своего дома после долгого отсутствия. Лилёк энергично критикует все недостатки, ущипывая Ени за локоть, словно пытается запомнить каждую мельчайшую деталь. Сама Ени, несмотря на легкий замысел Лилёк, продолжает идти по улице, ни разу не глядя под ноги, что в итоге приводит к очередной досадной оплошности....
Я собиралась посмотреть кое-что по ее рекомендации, но после перелета жизнь так круто изменилась, что я вспомнила об этом только теперь.
— Это было просто невероятно! — заявляет Дик Стафорд, и я с трудом перевариваю услышанное.
Означает ли это, что я справилась?
Но, увы, чудес не бывает. После того, как он нахваливает мой талант, наступает то самое пресловутое «но», без которого не обходиться ни одна подобная ситуация. Я не то, чтобы вслушиваюсь, просто ловлю обрывки фраз: «немного подучиться», «дать таланту необходимую почву» и все в таком духе.
— Не расстраивайся, — пытается успокоить меня мамочка, когда я выхожу за дверь.
Зачем-то протягивает бумажную салфетку, и я на автомате ее принимаю. Комкаю в кулаке, представляя лицо Ольги и мне становится чуточку легче.
— Я не расстроена, мамочка.
— Не расстроена, а глаза красные, — сетует она. И тут же переключается: — Я думаю, мы можем задержаться здесь еще на какое-то время. Виктор не будет против. Тебе нужно развеяться.
Как будто я не понимаю, куда она клонит. Даже хочется взять мамочку за плечи, встряхнуть и сказать: очнись, твоя дочь уже выросла, и в состоянии сама принимать решения, а заодно принимать и то, что они могут быть тебе не по душе.
— Я погуляю, хорошо? — говорю я, когда она пытается подтолкнуть меня в сторону автомобиля.
— И наделать глупостей. — Она даже не пытается скрыть недоверие.
— В любом случае, это будут мои глупости.
— Ени, ты слишком…
Это ее «слишком» становится последней каплей в чашу моего терпения. Да сколько же можно решать за меня?!
Я резко сбрасываю ее руки со своих плеч, отступаю так, чтобы мамочка больше не смогла до меня дотронуться. Уверена, еще хотя бы одна попытка телесного контакта — и я просто взвою от бешенства.
"— Опыт, мамочка, это не формула, которой можно рассчитать возможную степень чужих ошибок, — говорю почти зло, хоть честно стараюсь держать себя в руках. — Если бы ты сдавалась так же просто, как пытаешься убедить сдаться меня, то никогда бы не стала той, кем есть сейчас.
