В холодной зимней тишине Анна шла по покрытой снегом улице, каждый шаг создавал новую каплю льда на обледенелых дорожках. Окунаясь в черную землю, которой накрывали белыми хлопьями, Малышка со шрамами вызывала у нее болезненный мандраж от ее хрупкости и силы одновременно....
Кабинет пропах им, каждый угол, каждый вздох проникал в меня его запахом. Терпким, мускусным, но таким свежим и знакомым, что с губ сорвался стон, не укрывшийся от его горящих глаз.
- Анна…"
"- Не говори! Прошу! Не говори! – Жарко зашептала я, в два легких пружинистых шага сокращая расстояние между нами и опрометчиво прикрывая его рот своей ладонью.
Не должна была так делать, но казалось, стоит ему нарушить эту тишину, и я сойду с ума, погребенная под осколками моих выдуманных замков.
- Прошу…
Прикасаться к его лицу оказалось смертельно опасно.
Слишком горячо, слишком долгожданно. Он никак не отреагировал на мою выходку, и только горячее дыхание обожгло ладонь, выдергивая из секундного ступора, и бровь чуть дернулась вверх.
Моя рука медленно поползла вниз, оглаживая густую щетину, опускаясь пальцами на воротник сюртука, как я и хотела. Сжимая пальцы на плотной ткани, я всей грудью потянулась к нему, умоляя убить меня сейчас. Прекратить эту чертову недосказанность, разворотить руины наших ошибок и страх перед упущенным временем.
«Убей меня!»
Когда молчание подходило к самому краю, когда ждать стало невыносимо, он первый сломал стену между нами, обхватывая меня руками, вдавливая в себя сильнее и разворачивая в воздухе. Я вновь оказалась в ловушке, о которой так давно мечтала и откидываюсь на стол за спиной, со стоном выгнулась грудью к нависающему надо мной мужчине.
Больше не было слов. Он больше не пытался говорить, зная, что это испугает меня и моя чувственность рухнет, превращая это страстное мгновение в ненужный, нежеланный разговор.
Сколько раз я представляла себе это. Но не одна моя фантазия и близко не была похожа на правду.
Застежка на груди шумно щелканула, делая из накидки просто кусок ткани, расстеленный подо мной, открывая его взгляду скромное, но пикантное декольте, в котором без труда можно было увидеть очертание высокой груди, сжатой в плотном корсете.
Рык.
От него по коже побежали мурашки, и мне захотелось заскулить и самой сорвать с себя одежду, только бы услышать еще что-то подобное.
Не могу больше.
