В холодной зимней тишине Анна шла по покрытой снегом улице, каждый шаг создавал новую каплю льда на обледенелых дорожках. Окунаясь в черную землю, которой накрывали белыми хлопьями, Малышка со шрамами вызывала у нее болезненный мандраж от ее хрупкости и силы одновременно....
- Анна…
«Только не говори!»
Глава 9
- Анна… – Выдыхает он мое имя и поднимает пьяные глаза, зелень которых сравнима только с бездной, на дне которой я вижу свое отражение.
Он опускается и утыкается лбом в мою грудь, успокаивая дыхание.
- Я же просила не говорить….
Он поднимает голову и через секунду удивление заменяет ухмылка."
"Он резко убирает руки и отходит, и я едва не скатываюсь на пол, в последний момент, сумев удержаться, хватаясь за крышку стола. Корсет распущен, один чулок висит на голенище сапога, волосы, я уверена, взъерошены и помяты.
Я пытаюсь придержать ткань, закрывая грудь, но мужчина перехватывает мои руки и разводит их в стороны.
- Нет.
И все! Больше никаких действий, приказов, просто стоит и смотрит на мои голые груди, соски на которой все еще поблескивают влагой после горячих поцелуев. Как мне хотелось верить в то, что это от тоски….
- Сними все.
Я сощуриваю глаза, но он не замечает, только отпускает руки, понимая, что я не сопротивляюсь, и отходит назад, опускаясь в кресло.
Смотрю за его реакцией, медленно притягивая ладони к себе, плавно, словно танцуя, тянусь к шнурку на юбке, и не торопясь вытягиваю в сторону, распуская последнюю преграду. Лорд смотрит не отрываясь, стараясь держать ровное спокойное лицо, но я вижу, как трепещут крылья его носа, выдавая тяжелое дыхание.
Ткань с шумом падает к ногам, и я остаюсь в слишком откровенном виде перед ним. Остатки корсета отправляться следом, как и оставшаяся лямка, держащая чулок. Только пояс и тонкая ткань насквозь промокшего белья, от которого мне не терпится избавиться. Разыгрываю замешательство и слышу этот приказной тон:
- Все. Сними все.
Я разыгрываю неловкость, стеснение, но мысленно сгораю от нетерпения показать ему себя, полностью, да, так откровенно и честно, не пряча лицо за темными локонами.
Щелчок и пояс падает к вороху одежды под ногами. Я намеренно медленно вышагиваю из сапожка, выставляя теперь уже босую ногу на каменный пол, и прикусываю губу от удовлетворения его возмущенного взгляда.
Ты сказал «все».
Вторая следует сразу за ней, и в пару шагов я преодолеваю расстояние между нами, ловко оказываюсь на его коленях, прижимаясь бедрами к паху.
