В холодной зимней тишине Анна шла по покрытой снегом улице, каждый шаг создавал новую каплю льда на обледенелых дорожках. Окунаясь в черную землю, которой накрывали белыми хлопьями, Малышка со шрамами вызывала у нее болезненный мандраж от ее хрупкости и силы одновременно....
– Он выпрямился. – Что бы ты вновь обвинила меня в отсутствии манер? Нет уж, увольте.
Хитрая уловка в его духе. Время шло, а Леон так и остался тем мальчишкой, любящим вгонять нас с Алани в краску. Судя по его довольной ухмылке, именно этого эффекта он и добивался.
- Я не виновата в том, что у тебя напрочь отсутствуют манеры. – Отбила я, слабенько, но хоть как-то.
- Кто-то обещал, что научит меня. – Припомнил он сказанные мной слова. – Ладно, думаю тебе нужно еще немного отдохнуть. Так, кстати, Юст кружит под твоими дверьми с кастрюлькой супа наперевес.
Желудок нетерпеливо буркнул, услышав про еду.
- Я его позову. Отдыхай, малышка Анна. – Поднявшись, сказал он, и поспешил покинуть мою спальню."
"Юст, как и было сказано, караулил мою комнату и, услышав, что я проснулась, чуть ли не вбежал внутрь, прижимая к груди ком их ручников.
- Леди Анна! Я так рад, что вы в порядке! – Тараторил он, водружая ком на прикроватный столик и разматывая тканевые лоскуты.
Словно волшебник, подросток вынимал из-под полотенец примотанную тарелку, приборы, и даже небольшой поднос с парочкой золотистых, поджаристых ломтиков в яичной обмазке. Он с ловкостью накрыл мне ужин и едва не задохнулся, задержав дыхание в ожидании вердикта.
- Это очень вкусно, Юст.
- Конечно. Все что прикажите. – Он дождался, пока я разрешу ему сесть и опустился на кресло, в котором менее часа назад сидел Леон.
- Как ты оказался в крепости?
- Как и многие дети, которые здесь есть. Вы же знаете о беглых? – Спросил он и поскреб волосы на затылке.
- Да. Ты один из них?
- Думаю да. – С легкой грустью согласился он. – Больше не откуда. – Мальчишка развел руками.
- Ты очень талантливый. Рад, что Клавдия взяла тебя под опеку?
- О! Безусловно! – Он приложил руки к груди.
Интересно, откуда в нем столько манерности?
- Клави мой личный подарок богов! Бесподобная женщина! – Я слегка улыбнулась, вспоминая, как она порола его, ругая за выкипевший бульон. Но Юста это, кажется, совсем не расстраивало, и в подтверждение моих мыслей он добавил: - Она, конечно, бывает иногда сурова, но это заслуженно! Я же ее ученик.
- Ты бы хотел стать еще и моим учеником?
- Мм? – Удивился он, и рыжие брови медленно поползли вверх.
