Автор
В темных улочках я прячусь от ночи, стремительно приближаясь к дому. Но внезапное сопротивление людей за руки превращается в панику: изнутри накатывает тошнота, когда пытаюсь вырваться. Выходим на свет, и я начинаю борьбу со страхом, ощущая, что не могу дольше так терпеть....
– Только дотронься, – угрожающе шиплю и тут понимаю, что стою перед ним почти голая.
Хватаю полотенце и обматываюсь им.
– Не приближайся ко мне ближе, чем на метр.
Подхожу к манежу, поднимаю малыша на руки и ухожу, под его смешки.
– Придурок, – негромко его обзываю и позволяю себе мимолетную улыбку, только и всего.
Глава 14
После этого случая моя уверенность в том, что я тут в «безопасности» стала равна нулю, и повышался уровень тревоги, когда Далер уезжал из дома, и Гена с Мурадом.
Остальным я не доверяла вообще. На улицу не выходила, если был еще кто-то там помимо охраны.
Исключением был юрист, с ним мы частенько болтали, хотя появлялся он дома в то время, когда я не сплю или не занимаюсь малышом – редко.
Две недели я провела в этом доме, который по-прежнему вселяет больше страха, чем спокойствия и все заверения хозяина «крепости», что мне тут нечего бояться меня напугали еще больше.
Когда меня сюда привезли сроки не обговаривались, но сидеть тут и трястись от каждого шороха бьет по нервам похлеще, чем, когда идешь пешком с работы в темном переулке нашей улицы.
Уложила Рамиля спать и спустилась на первый этаж, потому что этот разговор необходим. Прошлась по комнатам и обнаружила Далера в кабинете.
«Где же еще», – хмыкнула и постучала, услышав грозное: «Войдите».
– Приступай сразу к сути, у меня нет времени, – будто уже знает, что я хочу сказать.
Смотрю на него и понимаю, что должна бояться, но после того, как видишь мужчину, который похож на плюшевого медведя с ребенком на руках, автоматически не получается переключиться на режим «опасность».
За это время я увидела его другим. Точнее видела разным. Но когда мы с Рамилем сидим в комнате внизу, той самой с камином и телевизором, к нам приходит Далер по вечерам. И вот тут, он словно снимает свою броню.
Малыш начинает ползать и так мило наблюдать за тем, как его отец следует по пятам, отбирает опасные и ненужные ребенку предметы, улыбается и шутит… обнимает его…
«Ты не так плох, в роли отца», – каждый раз думаю я, слишком пристально заглядываясь на мужчину.
Но совсем недавно, я оставила их наедине и ушла за соком, а когда вернулась у ребенка в руках был пистолет.
Я так громко закричала, что напугала маленького и он заплакал.
Подбежала и откинув от него игрушку, как оказалось потом, подняла его на руки успокаивая и извиняясь.
