Книга "Мама для трех лисят" таит в себе мрачную и трепещущую атмосферу дворцовых скрежетов. Здесь Кайрнех Лабрайд Мор — двуликий генерал, магистр теней — отражает опыт и отчаяние поколений магистров. Ноэль же, окруженный врагами, показывает крайность человеческого достоинства и слезы последнего утопления. Встреча двух страстей: власть над тенями и душевное существо человека, словно заклинание века....
И, судя по всему, это был правильный ответ.
– Поскольку мой голод давно утолен, позволю себе нарушить все приличия.
Одним слитным движением Кайр оказался на ковре и, взяв первый сверток, повернул его печатью ко мне.
– Дом ароматов леди Вискель-Тойр, – ошеломленно произнесла я, без труда опознав замысловатый вензель на восковой печати.
Печати, которая сломалась с тихим хрустом, и по комнате поплыл тонкий сладковато-ореховый аромат.
– Притирания для волос из масла меравийского дикого ореха.
Меравийский... Ароматы Меравии – это дорнские алмазы парфюмерного царства!
– Ты с ума сошел, – сдавленно выдохнула я.
– Но если ты не любишь сладкие ноты, – он отложил в сторону деревянную шкатулку, что скрывалась под серебристой упаковочной бумагой, – то есть меравийский апельсин и ваниль. В пару к ним парфюмерные масла, чтобы запахи не перебивали друг друга, а оттеняли и приумножали. Ну, это если я правильно понял весь тот поток информации, что на меня опрокинули.
– Немыслимо...
Я покачала головой, открыла рот и тут же его закрыла.
– Ты не ешь, – Кайр прищурился, – мы можем отложить...
– Нет, – я поспешно куснула булочку, – я ем.
– Золото моря. – Под грудой пакетов нашелся плоский ювелирный футляр.
И пусть этот вензель мне не знаком, зато прекрасно известно, что именно скрывается под таким претенциозным названием.
– Я решил проверить твои слова о жемчуге, – Кайрнех открыл футляр, – и счел, что ты абсолютно права.
На атласе покоились золотистые жемчужные нити. Крупные, идеально круглые жемчужины переплетались с цепочками и бусинами из розоватого золота. Три ряда бесценных, матово мерцающих нитей. Нитей, рядом с которыми покоились серьги и перстень.
– Это для ужина, но никак не для завтрака. – Мне хотелось прикоснуться к жемчужинам, но…
– Смотря какой завтрак, – серьезно ответил Кайр и попросил меня: – Иди сюда.
Перебравшись на пол, на ковер, я села спиной к Кайру и, приспустив с плеч халат, прикрыла глаза.
– Открой глаза, – шепнул Кайрнех.
Послушавшись, я замерла в ошеломлении: прямо передо мной висело наколдованное зеркало. Зеркало, в котором отражалась хрупкая аловолосая девушка, на чьих ключицах таинственно мерцало колье из морского золота.
Внезапно я поймала взгляд Кайра, отражающийся в зеркале. Глаза магистра теней были темны и лишь чуть золотились по краю радужки.
