Автор
Настя шла по тротуару, когда из-под колес промчавшегося автомобиля полетели грязные комья. Она от возмущения чуть не заплакала из-за испорченных новых светлых джинсов. Машина резко затормозила, но уже на обратную дорожку. Настя вдруг поняла, что осталась без мамы, и страх этот бродит у нее по спине точно грязные комья из машины, который ей ненавистен....
Моя мама отличные блины готовит, а эти…
Я грохнула чашку о стол. Пашка заткнулся и посмотрел на меня. Выхватив у него из-под носа тарелку, я швырнула её на стол возле раковины.
– Вот и катись к своей маме, раз она отличные блины готовит! Ты меня достал! Я тебе не мама и даже не жена! И, знаешь, я тебе больше не девушка. Надоело!"
"– Настя…
Он попытался подойти ко мне. Я откинула его руку, наградила гневным взглядом. Оставаться наедине не хотелось, но уйти я могла разве что к маме или в гостиницу. Гостиница в сравнении с другими вариантами виделась не самым худшим.
В комнате я вытащила из шкафа сумку и стала скидывать в неё свои вещи. Несколько футболок, куртка, брючный костюм… Всё влезло, место осталось даже для мелочовки из ванной. Когда я пошла собирать её, Пашка понял, что я не шучу.
– Остынь. – Он схватил меня за руку и попытался забрать шампунь.
Я выдернула руку.
– Я не кипятилась, чтобы остывать.
– Тогда что ты делаешь?
– Ухожу.
– Куда ты пойдёшь? – спросил он с видом, словно был уверен, что идти мне некуда.
– Куда надо, туда и пойду.
Я продолжила собирать мелочи. Паша опять вырвал у меня тюбик.
– Да что случилось?! – Он стал раздражённым.
– Ничего! – процедила я. – Ничего не случилось, понимаешь?! Просто мне надоело. Ты как маленький мальчик, которому нужна титька. Всё, ищи себе того, кто будет твоей мамочкой, а я на это не подписывалась!
– У нас квартира и кредит!
– Отлично! Кредит твой, а квартира… Завтра я позвоню хозяйке и скажу, что теперь по всем вопросам она может связываться с тобой.
– И куда ты пойдёшь?! – Раздражение его стало переходить в злость.
– А вот это тебя не касается, – ответила и посмотрела на тюбик в его руках. Это был мой гель для душа. – Можешь оставить себе, – сказала и вышла из ванной.
Осматриваясь, я заметила свою старую сумку, про которую совсем забыла. Стала убирать. Из кармана выпала фотография. Подняла её и перевернула. На снимке были мы с Наташкой – совсем ещё малявки. Кажется, класс второй или третий.
Вздохнув, я сунула снимок в боковой карман.
Паша нарисовался в дверном проёме.
– Посмотрим, на сколько тебя хватит, – сказал он сухо.
Я застегнула сумку.
– Смотри сколько влезет, – ответила ему и закинула ремень на плечо.
Он посторонился, пропустил меня в коридор.
