Автор
В холодной серой зимней ночи мать бережно накрывает своего маленького сына пушистым одеяльцем, пока они идут на скромную прогулку. Но ветер становится безжалостным, заставляя сильнее укрываться в тонком пальто и прижиматься к коляске. Чувство беспомощности и предательской жестокости нарастает, когда руки мужчины хватают ее за локти, заставляя осознавать, что мама по принуждению становится не волей бедной матери, а злом....
— Ты любил мою сестру? — вырывается из моего рта прежде, чем я успеваю подумать.
Повисает неловкая пауза. Официант приносит счет, который Адам тут же оплачивает. Мы вместе выходим из ресторана, и я жалею о том, что спросила. Столько лет прошло, что уже и забылось, да и чувства между нами. Были ли они когда-то?
Адам заводит машину и мы довольно быстро добираемся до многоэтажки, в которой меня ждет Елена Эдуардовна и Родион. Сын, наверное, уже давно спит, не подозревая о том, что у его родителей настоящая буря в отношениях.
— Я любил Алису, — вдруг нарушает тишину Адам. — Мы ведь не просто так поженились, Ангелина. Я встретил ее, такую веселую, озорную, дикую. Мы провели вместе чудесное время, а потом я сделал ей предложение руки и сердца.
Я слушаю и слушаю, впитывая всю информацию, как губка. Об их отношениях с Алисой я знаю только со слов самой сестры. Она никогда не хотела серьезных отношений, свадьбу, детей, ей нравились тусовки, отрыв, клубы и связи на одну ночь.
— Когда мы поженились, я думал, что она моя вселенная, что я проведу с ней остаток жизни и никогда не захочу развестись, но шло время, я менялся, мне хотелось осесть, расслабиться, не рваться в новые клубы на открытия, не тусоваться, не употреблять алкоголь, — Адам вдруг поворачивается ко мне и смотрит так пристально, будто никогда прежде не видел.
— Когда?
Подсознательно, я и сама это знаю, но хочу, чтобы сказал он.
— В ту ночь, когда Алиса спала после алкоголя, а мы с тобой сидели на улице. Ты помнишь?
Киваю. Адам больше ничего не говорит, только берет меня за руку и переплетает наши пальцы.
— Алиса изменилась, когда забеременела, — замечаю я, потому что после информации о том, что она носит ребенка сестру и правда как подменили.
Она отказалась от сигарет, от алкоголя, стала вести правильный образ жизни, перестала тусоваться и вести себя, как маленький ребенок. Я знаю, что она не планировала детей, не хотела рожать и всегда говорила, что если вдруг залетит, то сделает аборт.
— Да, — кивает он. — Изменилась. Она стала другой. Никогда не хотела детей, но с радостью сообщила, что беременна, показала мне тест. Я тогда думал, что она узнала. О нас.
