Утро в женской консультации стало последним, что увидела и почувствовала моя старая жизнь. Я шагала с уверенностью в плоском животе, настроившись на позитивный лад. Двенадцать недель — это очень ответственный период, и я ждала这一天的到来，带着对未来的无限憧憬。
И этот кто-то был женского рода, потому что к моей спине прижались два плотных полушария.
Тогда-то выдержка Дарьи Семеновны лопнула, и она вспомнила слова, отгоняющие непрошенных гостей лучше любого заклинания. Толкнув постороннюю пяткой так, что она скатилась с кровати, послала гостью туда, откуда не возвращаются. И в этот миг уловила запах — тот самый, сладко-приторный, со смесью дыма. Так вот кто склонял меня к противоестественному союзу?
— Совсем обалдела?! — выкрикнула я, теряя остатки сна.
— Что ты делаешь в постели Повелителя? — спросили меня в ответ гнусавым и таким же приторно-сладким голоском.
За человечку особенно обидно.
Я попыталась рассмотреть пришелицу, но она, сохраняя инкогнито, окутала себя дымовой завесой. А после запустила в меня молнией. Правда, я успела отскочить и уцелела. Чего не скажешь о дымящейся постели, на ней теперь уже точно не поспишь.
Что там Авила говорила насчёт дракониц, домогающихся тела повелителя? Кажется, меня посетила одна из них.
— Пошла прочь, идиотка! — взревела я. — В этой комнате сплю я. Как видишь, сплю одна. И предпочитаю, чтобы все так оно и оставалось.
Но драконица не собиралась уступать позиции. Не ретировалась, даже когда я запустила в нее световым шаром, призванным разогнать мглу. Должна же я была увидеть противника в лицо.
Не получилось.
Драконица оказалась на редкость сильной и упрямой.
Но Карл и без этого явился.
— Стервилесса! — Он сразу узнал непрошеную посетительницу. — Как ты посмела?!
Она не ответила и сиганула к распахнутому окну. Правда, перед отбытием успела шарахнуть в меня молнией. Мне хватило сил лишь на то, чтобы увернуться и вместо грудины удар пришелся на ноги. Которые тотчас подкосились. Я рухнула на пол, изрыгая проклятия. От обиды и бессилия перешла на русский матерный, чем ввела впечатлительного дракона в полнейший ступор.
