Автор
В зимние дни, когда вьюга сгустила тучи над городом, Мамаша Бармалей стала источником радости и тепла. На кухне она мастерски прялась разноцветные фонари из бумаги, украсив уголок домочадцев. Каждый вечер Роза Леопольдовна напоминала о бодрствующем мире вне окон, и все с нетерпением ждали заутреню — самое светлое время в этот мрачный сезон....
Отношения у родственников сложились хорошие. Свидетели говорили, что на всех праздниках отец и мать Вероники сидели на почетных местах. Всеволод сирота, он всегда поднимал тосты за тестя и тещу, благодарил их за любовь и внимание. Ника никогда не жаловалась подругам на семейные дрязги. У Ракитиных вилла в Италии, осенью и весной, когда еще нет сильной жары, Сергей и Валентина улетали в Италию и жили в доме на берегу моря на всем готовом, зять на них не экономил.
– А с домработницей что? – спросил Энтин.
– Дело обстояло так, – продолжил Николаша.
– Кто? – удивилась я.
– Григорий Петрович Явлин, – уточнил Махонин, – он натирал паркет воском.
– Я вспомнил свое детство, – улыбнулся Константин Львович, – к нам тоже захаживал такой мастер. После его ухода в квартире уютно пахло. Потом все стали использовать лак, и надобность в полотере отпала.
– Оказывается, и сегодня есть те, кому он нужен, – сказал Махонин. – Григорий потомственный полотер, у Кашиных раньше работал его отец. Сергей и Валентина ему полностью доверяли. Мастер приехал в десять утра, ему никто не открыл дверь.
