Автор
В банкете суета смехом заскрипела, открываясь центре пространства фигуру уверенного волосящего мужчины в темном костюме. Его крупные руки держат изящный букет цветов, кажется, размером с игрушку, но его удивление не меньше настоящего.
Похоже, «Мандаринка на Новый Год (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты невозможный тип, Самойлов! Перестань есть пену, кому сказано!
— А вдруг я не распробовал…
Теплая вода, полутьма, алкоголь в крови. Веки тяжелеют сами собой.
— Знаешь, если ты планировал меня соблазнить, то добился прямо противоположного эффекта. Сейчас отключусь.
— Не-не, это не вариант. Погоди отключаться пару минут.
Возвращается с большим полотенцем, слегка промокает ее от пены и на руки, как маленькую. А на кровати переворачивает на живот, убирает полотенце и… С губ Любы срывается стон.
— Дааа… Ты волшебник…
— Я не волшебник, я только учусь, — он аккуратно разминает ей спину.
— Мне очень нравится.
— Ну и славно.
В итоге она почти уснула. Уже в полудреме почувствовала, как он напоследок погладил спину, укрыл одеялом. Встал, вышел из комнаты. И не вернулся.
И вместо того, чтобы заснуть, она заплакала. Сначала тихо, потом начала хлюпать.
— Люба, что случилось? — Ник вернулся с кухни, присел перед кроватью. — Любава… Ты плачешь?! В чем дело? Я думал, ты заснула.
— Ты такой… такой заботливый…
Он уткнулся лбом в матрас рядом с подушкой.
— Знаешь, я удивляюсь. Как мужики в первый год после женитьбы не седеют от такой жизни и таких приколов. Ты плачешь, потому что я проявил заботу о тебе?
— Ну… можешь считать, что у меня ПМС.
— Неправда. У тебя только середина цикла.
— Коля! Бессовестный. У меня никакой личной жизни, — шмыгнула носом.
— Любава, подвинься, — Ник устроился рядом, на краешке, обнял ее поверх одеяла.
Она промолчала.
— Ты пинай меня, Люб, если что. Не стесняйся. Я очень хочу, чтобы тебе со мной было хорошо. Важнее тебя у меня ничего и никого нет.
— Я важнее… всего? Важнее родителей? Важнее твоей работы?
— Даже обидно, что ты так спрашиваешь. Ты. Важнее. Всего.
Она вздохнула и подвинулась ближе, чтобы уткнуться лицом в шею.
— Но я надеюсь, ты не попросишь меня сменить работу.
— Не попрошу. Коль… расскажи мне сказку.
— Хорошо. Слушай… — он помолчал немного. — Жил-был на свете рыжий мальчик. И был он, как водится, дураком.
— Самокритично.
— Ты слушай дальше. Знаешь, говорят дуракам и рыжим везет. Вот и ему повезло. Очень сильно повезло.
Глава двадцать первая, в которой герои, в конце концов, женятся
— Мандаринка, ты дома?
— Нет, — откликается он с кухни.
