Автор
Они дружат с детства, но не видят друг в друге ничего, кроме надежного товарища и красивой стервы. Новогодняя ночь и случайность помогут им открыть глаза на то, что счастье было рядом все это время. История о том, как близость может скрывать самые важные чувства.
Похоже, «Мандаринка на Новый Год (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
После… незащищенного полового акта, — тут ей показалось, что это не она говорит. Но слова, когда-то сказанные их семейным женским доктором тетей Дашей, сами собой всплыли в памяти. — После этого наступают месячные, вроде бы. И… и все. Никаких… последствий.
— Да, я знаю, — глухо отозвался Ник. — Экстренная контрацепция, я тоже… слышал. Ничего хорошего, конечно, такой гормональный удар. Но, наверное, лучше это все-таки сделать…
— Завтра же этим займусь.
— Люб, нежелательная… беременность — это еще не все… последствия.
Тут ее уже начинает подташнивать от обилия этих сухих медицинских терминов. С трудом удается ответить ровно.
— Что еще?
Ник молчит какое-то время. А у нее острое желание стукнуть его. По глупой рыжей голове. По бесчувственной широченной груди. Встряхнуть. Наорать.
— Я… я все анализы сдавал полгода назад. Все отрицательное — реакция Вассермана, на ВИЧ, на гепатит, еще там… Я чист.
Теперь молчит она, переваривая услышанное. Заговорить удается далеко не сразу — что-то горячее встает в горле.
— Я так понимаю… ты хочешь услышать от меня то же самое?
— Да.
— А я понятия не имею! Что у меня есть, а чего нет! Я не хожу по больницам, не сдаю анализы! У меня не было возможностей подхватить гепатит или ВИЧ, потому что… Ты знаешь, почему! Если ты, как ты выражаешься, «чист», то и я тоже!
— Люба, послушай, просто я знаю точно про себя…
— Тебе нужно… что?!? Справка? Анализ из лаборатории? Так выпиши мне направления, черт побери! Я сдам все, что нужно! Сколько тебе нужно моей крови? Пол-литра хватит?!? Скажи уже, что тебе нужно и…
Ее трясет. Даже плакать не может — не гнев, не ярость. Все вместе и еще что-то. Остро хочется выскочить вон из этой чужой квартиры, свидетельницы ее позора, ее падения, ее бесконтрольного подчинения этому… этому…
— Люба…
— Не прикасайся ко мне! Мало ли, может, заражу еще тебя чем-нибудь! Вот сначала анализы сдам, тогда…
— Прекрати! — он сгреб ее, наплевав на удар локтем в правое подвздошье и пинок коленом в голень. — Пожалуйста, Люба. Я не… Извини. Прости. Я виноват. Ты права.
— Пусти!
— Я это сказал, чтобы ты знала. Что я не мог ничем… тебя заразить. Я… у меня так… в первый раз. Чтобы я забыл. Я всегда раньше… Я сказал это, чтобы ты знала. Что тебе не о чем переживать.
— Ну да, конечно! Не ври! Ты хотел, чтобы я тебе сказала, что я тоже… «чиста», — она все-таки хлюпает прямо ему во влажную грудь. Звук выходит громкий и смешной. Но они оба не обращают на это никакого внимания.
