В Тольятти два человека создают мистический детектив, погружаясь в глубины собственных страхов и фантазий. Хотя начало романтика неумолимо сопровождается холодными вечерами, взаимное доверие перетекает в долгую дружбу, делая совместный мироздание чрезвычайно притягательным даже для самых скептических....
В определенный момент женщина входит в возраст, когда ей все начинают желать жениха не только на чужих свадьбах, но даже и по поводу салюта в честь Дня города. Катя Дрын в этом моменте пребывает последние десять лет. Анна Гайниева, сорок лет, дремучий колхоз. Кофточка с блестками, юбочка плиссированная из прошлого века до середины колена. Как одевается, так и работает. Замужем, есть сын. Валерия Решетникова, пятьдесят лет, восторженная дура, кажется, и справка соответствующая имеется. В разводе, детей нет…
Если верить Вере, получалось, будто испокон веков нога ни одного приличного человека не ступала на объединенную кафедру русского языка и литературы Ставроподольского университета.
Славянинов, тот высоченный в джинсовом костюме, оказался, по словам Веры, геем.
Борисоглебский – престарелым бабником.
Травников – карьеристом-любовником, который ради грантов и зарубежных поездок ублажал одновременно и заведующую кафедрой, и собственную жену, которой оказалась сотрудница соседней кафедры.
Когда-то во времена эвакуации в городе пару лет жил и работал в местном педагогическом институте один из учеников самого Бодуэна де Куртене, о нем Ухтомская тоже была не самого высокого мнения. Однако ввиду уважения к научным заслугам – его стараниями в университете была открыта лаборатория экспериментальной фонетики – охарактеризовала более мягко. «Если бы этот ученик де Куртене жил в Испании, то про него говорили бы, что он в вечной калентуре».
Под звучным названием испанской лихорадки подразумевалось обыкновенное похмелье: серое, безрадостное и стабильное, как среднестатистический зимний российский пейзаж.
– Ладно, – прервала ее наконец Виктория, потому что на фотографии оставалось еще человек пятнадцать, а картина уже приблизительно была ясна. – Сколько человек за старую заведующую?
Вера аккуратно поводила пальцем по фотографии: пятнадцать человек железно, человек пять – колеблющиеся.
– Кто за вас?
Вера вздохнула.
– Трудно сказать, все боятся потерять свое место.
"– Ну, трое – уже неплохо! – улыбнулась Виктория. – Тогда встречаемся с вами и вашими троими завтра в холле моей гостиницы «Гранд Ставро». Там есть конференц-зал с компьютерным классом, как раз будет возможность обсудить стратегию поиска. По поводу занятий не беспокойтесь, спокойно отменяйте. Есть официальное распоряжение.
