Тонкий том с обложкой из серой матовой бумаги лежит на столе, словно таинственное создание из другой реальности. Книга кажется легкой и безобидной, но внутри она хранит мощь и сложность, непостижимую для обычного языка. Следует за каждым пером, каждый словом, чтобы раскрыть ее сокровище – это настоящий Манускрипт дьявола....
Только этому не хватало золотой цепи толщиной с ужа, и одет он был демократично: джинсы да простая куртка, оттопыривавшаяся под мышкой.
«Туповат», – решил Куликов, посмотрев на него. Он укрепился в этой мысли, когда детектив начал задавать ему одни и те же вопросы, лишь немного меняя формулировки. Правда, спрашивал он по делу: о друзьях-знакомых Наташи, о ее личной жизни, работе… Но спустя некоторое время Аркадий обнаружил, что, отвечая в третий раз на вопрос, он вдруг вспомнил детали, которых не мог вспомнить до этого, и его мнение об умственных способностях сыщика изменилось.
К концу второго часа разговора Куликов устал. Он уже ловил себя на ощущении, что все происходящее кажется ему – нет, не сном, а напротив – жуткой явью, в которой он проснулся.
Первый раз такое ощущение настигло его после смерти Кати. Аркадию казалось, что их недолгая счастливая жизнь ему приснилась, а потом он отчего-то проснулся в такой яви, где Катя погибла, а он толком и не знал ее. Следующие месяцы после ее похорон ему постоянно хотелось спать, он засыпал везде – в метро, на работе, в только что остановленной у дома собственной машине… В глубине его души жила иррациональная вера в то, что он сможет вернуться в тот сон, где она была жива.
Конечно, он выбрался из этого расстройства – а это было именно оно, не стоило кривить душой перед самим собой. Выбрался, вернулся к жизни, надеясь, что ему больше никогда не придется проходить через такое… И теперь изо всех сил старался остаться «в здравом уме и трезвой памяти» – эту юридическую формулу он повторял про себя: удивительным образом она держала его, словно зажимая в футляр, не давая растечься аморфной массой.
– Что с вами?
Он не сразу понял, уйдя в свои мысленные бормотания, что коротко стриженый сыщик обращается к нему, и вздрогнул от неожиданности, когда тот дотронулся до его плеча.
