Автор
В Марате любовь взрывается на лицах, заставляя пересекаться не только судьбы, но и самые глубинные секреты человеческих душ. Каждый отражение - ключ к пониманию другого, в мире где улыбка может быть лифтом или трамваем в ад. В этой истории ты будешь свидетелем стремительного преобразования, когда обыденность превращается в шокирующее изображение нравственных выборов и любви....
— Мам, все под контролем. Я прошу тебя, не переживай и… не сорвись."
"— Нет-нет, что ты! Я ни капли. У тебя такие друзья хорошие. И детки тут. Ты потом привезешь мне внука? — с надеждой.
— Я тебя домой заберу, когда закончу. Будешь нянчить.
Ми залетает в мой кабинет с включенным экраном телефона. Разворачивает, показывая первые видео с выпусков новостей. Смеюсь, падая в свое кресло.
— Как же заебись!
— Я с тебя в шоке, — подруга тоже смеется. — Готов ехать?
Кивнув, накидываю пиджак на футболку, распихиваю по карманам необходимую мелочь.
Отпускаю всю команду по домам. Пусть отдыхают. А мы немного меняем маршрут. Решаем начать с дома Стоцкого. Чутье подсказывает, что он там.
Уже на подлете видим толпу журналистов с камерами и фотоаппаратами. Их пытается отгонять охрана, но это такой упертый народ, что получается слабо.
Мия пракуется в стороне от скопления разномастных автомобилей.
— Здесь останься.
— Я с тобой, — кладет ладонь мне на запястье.
— Нет.
Убираю ее руку и выхожу на улицу. На меня начинают обращать внимание, как только я подхожу ближе. У охраны загораются глаза. Соскучились что ли?
Журналисты расступаются, кидаясь в меня вопросами:
— Представьтесь, — тыкает в меня диктофоном девушка.
— Какое отношение вы имеете к господину Стоцкому? — присоединяется настойчивый парень.
— Как вы можете прокомментировать случившееся?
И еще много всего. Я не слушаю.
Дохожу до охранников. Смотрю в глаза.
— Здрасти, — очаровательно улыбаюсь. — Хозяин дома? Очень хочется посмотреть, как его ломает сейчас. Не все же мне страдать.
— Так это ты устроил?! — моргают они.
— Я просто очень обиделся, парни. Но вы тут не при чем. Вы просто верные псы, готовые разорвать кого угодно по первому свистку, — их передергивает от моей правды. — У меня с вашим хозяином личное, вы же знаете. Пропустите. И валите с этого «Титаника». Он неизбежно идет ко дну.
Они переглядываются, расступаются в стороны, пропуская меня на территорию, но тут же встают обратно и запирают ворота. Чувствую на спине множество пристальных взглядов и направленные объективы.
Звезда, твою мать!
Ускоряюсь. Хочется побыстрее скрыться.
Захожу в дом. На меня сразу наваливается какая-то траурная обстановка, несмотря на громкие мужские голоса, доносящиеся со второго этажа.
— Ты-ы-ы!! — на меня с шипением несется мать Авроры.
