Неподалеку вражеские войска расчищают путь к столице. Молодая Марджорис внезапно бросается в кабинет своей матери Королевы Вестории, чтобы сообщить о серьезной угрозе безопасности короны и страны. Но вместо жалости она находит равнодушие, что заставляет принцессу замереть в непонимании перед непроницаемым лицом монарха....
— Скажи, ты хотела бы развивать свои способности?
— Пожалуй, у меня нет выбора, — грустно улыбнулась девушка.
— Тут ты права, — ласково погладила её по голове женщина.
— Вы поможете мне? — девушка с надеждой взглянула на родственницу.
— Это будет честью для меня, — тепло улыбнулась ей та улыбкой так похожей на мамину.
— Спасибо.
Они ещё немного поговорили, стараясь не касаться темы нападения. Риссе не хотелось, чтобы тётя Нони рассказывала о произошедшем больше раз, чем это было нужно. Всё равно ведь ей придётся это сделать, когда все соберутся.
Когда раздался стук в дверь, она уже знала, кто за ней стоит. Сердце в груди всполошилось и забилось пойманной птицей. И снова предательский румянец вспыхнул на щеках, что не осталось незамеченным для Нианон. Женщина удивлённо подняла брови и перевела взгляд на двери.
— Войдите, — за неё снова ответил дан Сэйрано, всё это время стоявший молча. Теперь же он подошёл к жене и замер за её спиной, явно показывая, под чьей она защитой.
Дверь открылась и в комнату вошёл дан Лэардо. За ним следовали его сыновья.
— Приветствую вас, данна Сэйрано, — учтиво склонился он в вежливом поклоне. — Как вы себя чувствуете? Могу ли я рассчитывать на обещанный разговор?
— Благодарю, дан. Вполне сносно. За что очень признательна вам и вашему сыну. Доннэ Кассиан, очень вам благодарна. Конечно, я готова ответить на ваши вопросы.
— Не за что, данна. Я рад был помочь, — Кас тепло улыбнулся.
— Доэнни, Рисса, рад вас снова видеть, — формально обратился к девушке Айсар, видимо для Сэйрано, тогда как взгляд чёрных глаз прошёлся мягкой лаской по её фигурке.
— И я, — девушка сообразила, что до сих пор стоит на коленях возле тётиного кресла. Хотела было подняться, но охнула от боли в онемевших ногах.
— Что с вами? — обеспокоенно спросил мужчина, шагая к ней.
— Ничего страшного. Просто перетрудила мышцы. Пройдёт.
— Перетрудила значит? — Айсар недобро оглянулся на сыновей. Те же изобразили сплошную невинность.
— Так я не знал, что всё настолько плохо, — оправдываясь, поднял руки Кас. — Рисса, ты почему мне не сказала? — и такой возмущённый взгляд на неё бросил.
— Я с вами потом поговорю, — зловеще пообещал глава рода и, мгновенно смягчаясь, обратился к девушке: — Позвольте помочь, доэнни. — Девушка даже пискнуть не успела, как её бережно подхватили на руки и усадили в одно из кресел.
— Благодарю.
