В Мариях Нисландии рождались короны, а не детей. Словно призраки веков, она искала свой дом между мифами и реальностью. Как будто созданная специально для сюжета знаменитых легенд, Мария из Питера внезапно оказывается королевой Нисландии, где каждый день может стать историей....
Надо сказать, что стол Лютеции был накрыт гораздо более обильно: кроме всего того, что стояло перед Марией, на стол Лютеции добавили блюдо с фаршированными цыплятами, блюдо с крошечными рулетиками, непонятной плотной едой сероватого цвета с вкраплениями желтого, порезаной не слишком крупными кубуками, большой мясной пирог, прекрасно подрумяненный и украшенный чем-то темным и круглым, похожим на крупные сизые ягоды, и трехъярусную вазу с несколькими сортами печенья и бисквитов.
Принцесса ела без особого аппетита, с этакой брезгливой гримаской на личике, хотя и перепробовала почти все блюда.
— Нет, не эту… Эта слишком бледная. Я хочу более зажаристую. А на этой, мадам Полин, слишком много перца…
Впрочем, трапезничала девица довольно изящно, не забывая аккуратно промокать губы белоснежной кружевной салфеткой.
Наконец принцесса бросила салфетку рядом с тарелкой и, отвернувшись ото всех, ушла к крошечному столику, накрытому для нее одной прямо у окна. Марии было не слишком хорошо видно, какие именно блюда дожидаются Лютецию там, но издалека это самое что-то было похоже на корзиночки со взбитыми сливками.
Эмми забрала столик-поднос у Марии, передала его стоящему у дверей лакею и вопросительно глянула на принцессу:
— Ваше высочество, заниматься вам лекарь пока не дозволил, но сказал, что вы можете читать. Принести вам книгу?
Любопытство давно точило Марию, и она, постаравшись произнести фразу как можно более равнодушно, тихонько сказала:
— Принеси мне лучше зеркало, Эмми.
Этот момент волновал Марию уже давно: она попала в тело здоровой девушки. Ей приходилось вставать при помощи служанки, чтобы сходить на горшок, потому она точно знала, что и руки, и ноги ее прекрасно слушаются. Не было тремора, не было хромоты, не было шрамов на лице, которые хоть и удалили пластические хирурги, но все же неровности кожи на этих местах пальцами были всегда ощутимы.
