В Мариях Нисландии рождались короны, а не детей. Словно призраки веков, она искала свой дом между мифами и реальностью. Как будто созданная специально для сюжета знаменитых легенд, Мария из Питера внезапно оказывается королевой Нисландии, где каждый день может стать историей....
Не было болей в суставах и кривобокости. За одно это можно было полюбить новый мир! Сейчас Мария знала про себя только то, что она очень молода, даже моложе Лютеции, здорова и темноволоса.
Эмми ласково улыбнулась, куда-то отошла на пару минут и вернулась, держа перед собой зеркало в резной позолоченной раме. Довольно большое зеркало, в котором Мария неожиданно увидела… саму себя."
"«Господи Боже! Если бы… если бы не эта авария, в семнадцать лет я бы выглядела именно так!». От волнения Мария начала судорожно ощупывать свое лицо.
Эмми с удивлением смотрела на суетливые движения принцессы. Вот она ощупала себя, вот зачем-то выдернула шпильки из волос и разлохматила прическу… А потом ее высочество принцесса Мария замерла, глядя в зеркало, и вдруг робко-робко улыбнулась сама себе.
Глава 7
Утренний ритуал принцесс оказался чрезвычайно сложным. До этого Мария только наблюдала за ним из постели, но сегодня пришлось поучаствовать лично. Во-первых, служанки торопливо расставили ширмы, которые отгораживали Марию не только от сидящих в комнате фрейлин, но даже от одевающейся рядом сестры. Во-вторых, в одежде было столько элементов, что если бы не ловкая Эмми, Мария провозилась бы раза в три дольше.
Вообще, туалет принцессы начался с того, что в крошечном закутке, отгороженном от мира тремя ширмами и больше всего напоминающем примерочную в магазине, Эмми поставила небольшой столик, на который одна из служанок водрузила фарфоровую миску с горячей ароматизированной водой и плавающей в этой воде большой тряпкой. Посторонняя служанка была удалена из «примерочной». Эмми сняла с Марии ночную сорочку и, часто споласкивая тряпку, протерла её тело, начиная с лица и кожи за ушами и заканчивая ступнями и пальцами ног.
Следующим шагом была простая белая сорочка, накинутая на еще чуть влажную кожу. Сорочка имела рукава до локтя и была длиной до середины бедер. Мягкий тонкий батист прилипал к коже, и Мария едва заметно поморщилась.
