Автор
В мире, где каждая встреча может оказаться последней, Лукин продолжает свои миссии. Но теперь он один - разбитый и измученный войной с собственным сердцем. В поисках ускользающего врага "Панасоник-сан" раскрывает тайны прошлого и открывается новому дневному миру, где каждый шаг может быть последним. Атмосфера книги - это шепот мертвых слов и стук выстрела в пустом небе....
Эмбарго будет наложено на все… О том, что войска блока НАТО и ударные стратегические силы США приведены в состояние повышенной боевой готовности, я уже не говорю. Это само собой разумеется. Поэтому, продержитесь вы, по оценкам наших экспертов месяц, от – силы два. Страна войдет в такой коллапс, что народ попросту сметет вас и проклянет навечно. Так что выбирайте!
Браво, господин посол, браво! Игра сделана, джентльмены. А то, что колода крапленая – так глядите, с кем садитесь играть.
– У нас есть выбор? – судя по распечатке, слова эти принадлежат Основному Претенденту.
– Да, – отвечает Мэтлок, словно зачитывая приговор. – Выбор есть, и на этот раз я предлагаю его официально, от имени высшего руководства нашей страны. Вы останавливаете заведенную вами машину. Вы принимаете меры, если это, конечно, ещё возможно, чтобы как-то примириться с президентом Горбачевым и складываете с себя незаконно взятые полномочия. Взамен мы гарантируем, – я подчеркиваю это, – гарантируем, что жизнь ваша и ваших семей будет вне опасности.
«Пойдет, пойдет. Знаем мы, куда он пойдет».
– Но вы должны остановиться, господа. Остановиться немедленно. Еще один шаг – и будет поздно!"
"Конец цитаты. Как, впрочем, и конец переворота. «Все потеряно, кроме чести», – вроде бы как изрек король Франциск I, проиграв битву при Павии. Но то король. Их феодальные замашки – нам не указ.
Рука Бирюкова ложится мне на плечо.
– Ну что, про путч дочитал?
– Дочитал, – киваю я.
– Здорово они нас сделали.
– Здорово, – вынужденно соглашаюсь я. – Только я одно тебе скажу, если сможет мне кто-нибудь доказать, что эту акцию разработало и провело ЦРУ, я согласен снимать шляпу каждый раз, когда встречу эту аббревиатуру.
– Прав, Саша, конечно же прав. Это ещё раз доказывает простую мысль о том, что «группа Мюррея», как её окрестил покойный Сухорук, – это государство в государстве.
– Вернее, в государствах.
