Автор
В мире, где каждая встреча может оказаться последней, Лукин продолжает свои миссии. Но теперь он один - разбитый и измученный войной с собственным сердцем. В поисках ускользающего врага "Панасоник-сан" раскрывает тайны прошлого и открывается новому дневному миру, где каждый шаг может быть последним. Атмосфера книги - это шепот мертвых слов и стук выстрела в пустом небе....
От того ли, что здоровое чувство голода толкало сотрудников этого ведомства на постоянные провокации и собственноручное плетение гнезд инакомыслия, ибо на одного настоящего матерого диссидента, типа академика Сахарова или генерала Григоренко, приходилось офицеров КГБ больше, чем охранников на какого-нибудь латиноамериканского президента, а может из-за того, что кроме нелепых самосожжений, пустых протестов и глупых голодовок от подопечных более никаких активных действий не ожидалось – работники здесь подобрались к оперативной работе малопригодные.
Конечно, случались исключения, но обычно люди талантливые пытались перевестись в другие главки. «Государственная тайная полиция» даже в самом Комбинате Глубинного Бурения особым почетом не пользовалась.
На моем запястье чуть слышно запикали часы. Я поднес циферблат к глазам. На нем красным огоньком мигала лампочка поисковика. Это означало, что вызванный мной на подмогу капитан Насурутдинов находится на дистанции двух километров от меня.
– Что это? – тихо произносит Анна.
– Таймер. Мне пора уходить. Сейчас только Федор Федоровичу вашему пару слов скажу и, вперед, труба зовет.
– Сапог не потеряй, Золушка! – гневно фыркает Анна.
– Я тебя тоже нежно люблю. – парирую я.
Что и говорить, со своей ролью галантного кавалера я справился прескверно.
– Все ты врешь!
Вот это уже неправда. Но времени для доказательства обратного, увы, нет.
– Федор Федорович, позвольте сигаретку.
Гэбэшник смотрит на меня с нескрываемым удивлением, но протягивает пачку.
– Спасибо. – киваю я, нагибаясь над зажигалкой.
Вообще то, я вполне согласен с плакатами, проповедующими, что никотин – это медленная смерть, но для пользы дела иногда приходится пренебречь пользой тела."
"– Мы с вами знакомы? – голос товарища Калашникова звучит вкрадчиво и настороженно.
– Не совсем. Я о вас знаю несколько больше, чем вы обо мне. Но меня это вполне устраивает.
– Наглец!
Слово то какое нашел! Того и гляди на дуэль вызовет.
– Есть немного. – сокрушенно соглашаюсь я, – Ладно. Карты на стол. Я старый друг Ани. Еще с тех времен, когда вашего банка и в помине не было. Что еще? Майор спецназа.
