Автомобиль шел по прямой и ровной дороге к малому поселку, где обычно никто не ездил. Тени деревьев помогали ориентироваться даже в темноту, создавая ощущение домашнего уюта и безопасности. Такое путешествие было наполнено сосредоточенностью и спокойствием, будто мир вокруг стер восковые мысли....
В те первые мгновения он просто стоял, отвесив челюсть и понимал, что жизнь его больше не будет прежней.
— Пасть захлопни, — посоветовал подошедший Данила. — Это моя сестра. Пойдем познакомлю.
С Данилой близнецы несколько лет подряд тусовались в спортивном лагере, куда их каждый год сплавляла мама. Но сестру его они увидели впервые.
Гибкая, яркая, совершенно крышесносная обладательница изысканного, немного вычурного и старомодного имени.
Без комплексов. Тем же вечером она уже целовалась с Никитой на лестничной площадке, куда они «вышли покурить» с вечеринки.
Следующие недели снесли Никите голову похлеще гильотины. Чужие квартиры, случайные вписки, укромные полянки, черные лестницы домов, пустые дачи — и гибкая, яркая, взбалмошная Изольда в его руках.
А когда закончили — Изольда его бросила. Больше-то осваивать было нечего.
За своей одержимостью Никита почти не заметил, что Макар тоже стал вести себя странно.
Только теперь стало понятно, где тот был.
Впервые в жизни Никита почувствовал злость на брата во время игры в «правду или действие». За то, что тот впервые что-то от него скрыл.
И когда он увидел Изольду здесь, на этой летней вечеринке — что-то глубокое и темное всколыхнулось в душе. Какой-то дьявол потребовал забрать ее себе обратно, «перебить» брата, отвоевать ее.
Что-то подобное ощутил и Макар.
Тем более, что она первая подошла к нему, протягивая коктейль и предложила снять футболку:
— Мы все заслуживаем любоваться твоим роскошным телом!
Оба брата окунулись в лихорадочное хмельное безумие того времени, когда в руки бешеных пиратов попала готовая на все горячая девчонка. Голова у них что тогда, что сейчас напрочь перестала работать — вся кровь доставалась другим органам.
