Автомобиль шел по прямой и ровной дороге к малому поселку, где обычно никто не ездил. Тени деревьев помогали ориентироваться даже в темноту, создавая ощущение домашнего уюта и безопасности. Такое путешествие было наполнено сосредоточенностью и спокойствием, будто мир вокруг стер восковые мысли....
И этой безумице хотелось сделать что-нибудь… необычное!
Она выдвинула ящик комода и достала из него тонкие белые чулки.
Вновь поставила ногу на стул и медленно натянула их, глядя на себя в зеркало.
Там отражалась развратная девка, шлюха с приоткрытыми губами и стоящими сосками.
Ей это нравилось — побыть такой. Притвориться кем-то другим.
Внутри копилось напряжение, нервное предвкушение от этой игры в распутство.
К чулкам она достала белые кружевные трусики и ажурный топ. Затвердевшие соски натянули его шелк горной грядой, выделяясь под ним двумя острыми вершинами-близнецами.
Маруся провела ладонью по плоскому животу, повернулась боком, прогнула спину…
Она выглядела маньячкой, выпрашивающей секса, дразнящей своим видом мужчин, провоцирующей их.
На…
Прикосновения.
Сорванный шепот.
Грязные словечки.
Но нельзя же ходить вот так — в одном белье?
Распахнув шкаф, она достала свое любимое платье. Легкое, невесомое шелковое. До пят — зелено-синее, обвивающееся вокруг тела, словно волна. Оно скользнуло прохладой по коже, обнимая ее тело, превращая в роскошную женщину — с секретом.
Она повернулась к зеркалу спиной, оглянулась на себя через плечо…
Закусила губу и замерла, чувствуя, что ей мало этой игры наедине с собой.
Сердце вновь подпрыгнуло к горлу, когда Маруся сделала шаг к двери, тихо-тихо отодвинула засов и открыла ее медленно, стараясь, чтобы не скрипнула."
"На цыпочках, приподняв подол, она поднялась по лестнице к мансарде, ступая невесомо и бесшумно.
Постояла у двери в темноте.
Из-за нее доносилась музыка — ничем не примечательное мяуканье очередной певицы-однодневки, имена которых всегда путались у нее в голове, а голоса ничем не отличались.
Интересно, что делают близнецы? Читают? Разговаривают? Тоже трогают себя?
Стоять тут, в одном шаге от логова опасных хищников — это будоражило и волновало кровь.
Дрожь усилилась, проходя по всему телу и скручивая мышцы спазмами.
Адреналин взрывался в венах и артериях, превращая Марусю в одержимую.
Но это всего лишь игра.
Сейчас надо тихо-тихо отступить, спуститься по ступенькам и…
Она глубоко вдохнула — и точно так же, как ныряла тогда голой в бассейн, выключив голову на мгновение — толкнула дверь мансарды.
Они такого не ожидали.
Правда не ожидали — и замерли, когда на пороге появилась Маруся.
Никита валялся на своей кровати, Макар сидел на полу, уставившись в телефон.
Они синхронно подняли на нее глаза — и забыли как дышать.
