Автор
Когда в зале появляется человек-кабриолет — то это всегда вызывает непредсказуемое внимание и смех, как в случае с Маскарадом любовных утех. В этом месте происходит что-то невероятное, словно маскировочные игры на пустой арене превращаются в настоящую битву эмоций. Здесь каждый человек может быть не тем, кем кажется на первый взгляд, и каждый вздох — тонкий проводник незримых связей....
В Лыкине я никогда не был, но меня это не смутило. Полез к отцу в стол, нашел книжку по оплате за свет-газ в подмосковном доме, из нее узнал адрес. Мы с Мишкой договорились с девчонками: пусть они к семи вечера приезжают на электричке на станцию, встретим их на платформе. А сами помчались в Лыкино пораньше. Ключей у нас не было, но мы решили, что как-нибудь залезем внутрь. Нам исполнилось четырнадцать, а в этом возрасте ни из чего проблемы не делают.
Но, очутившись на участке, мы сразу поняли, что в здании кто-то есть – из-за плотно закрытых занавесок пробивался свет.
– Не дергайся, наверняка дядя Коля пустил на дачку приятелей. Видишь, машина стоит? Воры так нагло себя не ведут. Давай поглядим, чего они в койке вытворяют.
И в этот момент подъехала еще одна тачка, мы метнулись за гараж.
– Все понятно, – прошептал Мишка, – у взрослых тут вечеринка, ни в какой Питер Николай Андреевич не улетел.
Мы с Горским убежали и всю дорогу до Москвы молчали.
Я, подросток, испытал шок. Папа спит с женщинами? Он же старый! Сексом занимаются исключительно молодые, после тридцати уже пора о смерти думать!
На следующий день отец вернулся домой, наткнулся в прихожей на мои грязные ботинки и сделал замечание:
– Обувь чистить надо самому, а не сваливать эту обязанность на Тату.
Я, переживший накануне шок, слетел с катушек:
– Спасибо за урок. Сам-то чем в Лыкине занимаешься? Вчера мы с Мишкой туда ездили и все видели!
Отец крякнул. Я испугался, что папа разозлится, но он спокойно сказал:
– Ясно. Зови сюда Михаила. Хорошо, что Таты нет, этот разговор лучше проведем в ее отсутствие.
И все нам, пацанам, честно рассказал.
Кутузов замолчал.
