В холодных стенах тюрьмы начинается постепенный превращение беглеца в заложника смерти и апатии. Как кошка, мелко и ласково прижимаясь к его шее, жуткая боль медленно но верно овладевает каждым сном и днем, погружая в бездонный череду самой настоящей нищеты.
— В тех апартаментах и будешь принимать наши ответы. Серега, что там с Вадькой?
— Доктор занимается, — бросил взгляд на десятиугольник человек, что в маске. — Не будем ему мешать, Олег Петрович.
— Вам не мешать, так давно уже все прахом бы пошло, — буркнул Олег Петрович. — Пока на месте был, еще как-то держал, а ушел...
— Обижаете... — незлобливо сказал его собеседник. — Так уж и прахом?
— А то нет? — нахмурился Дед. — Такого парня едва не загубили! Но живой, чертяка! На ноги пытается встать... Суперчемпион хренов! На носилки его, негодяя, и бегом в госпиталь.
Эпилог
Вадим никак не мог привыкнуть к изменениям в кабинете Деда. Собственно, таковых и не наблюдалось за малым исключением.
За столом начальника сидел не Олег Петрович по прозвищу Дед, а Серега — Мао. Конечно, это он для друзей и не на службе был и Серегой, и Мао. А сейчас кресло руководителя Отдела, как сокращенно называли его сотрудники подразделения по борьбе с терроризмом, занимал полковник Сергей Лавринович Салтыков.
А Олег Петрович примостился сбоку на диване. После ухода на пенсию Деда оставили советником-консультантом при начальнике Отдела. Олег Петрович здорово сдал за последнее время. Это особенно было заметно Вадиму, который не видел его почти шестнадцать месяцев беспамятной одиссеи и последующего за скитаниями лечения в госпитале.
Его привезли в Отдел сразу после выписки из госпиталя, без заезда домой. Шел разбор полетов «истребителя-одиночки без мозгов», как определил Дед амнезийную эпопею Вадима.
— Когда ты, Вадим, ушел на встречу с информатором, машина с нашим водителем ждала тебя в километре от села в рощице. С тем человеком ты не встретился, потому что он накануне ушел в горы в новый лагерь Ислатханова.
