В холодных стенах тюрьмы начинается постепенный превращение беглеца в заложника смерти и апатии. Как кошка, мелко и ласково прижимаясь к его шее, жуткая боль медленно но верно овладевает каждым сном и днем, погружая в бездонный череду самой настоящей нищеты.
— Это наш фитнес-клуб, — сообщил Петру Колян. — А ты, считай, тренажер. Слышь, Винт, он у нас по какой фирме проходит — «Кетлер», что ли?
— Хрен ему, а не фирма и не тренажер, — мрачно сказал Винт. — Грушей он у нас будет отечественного производства. А точнее — куклой для битья. Мягкой игрушкой...
— Ты, псих, не бойся, мы тебя до смерти забивать не станем, — доверительно сообщил Петру Колян, снимая сланцы и разминая руки и плечи. — Даже фингалов не будет. Просто поучим. Кости, конечно, помесим капитально, а с синяками погодим — папа не велел.
— Это Бурнаш, что ли? — безмятежно осведомился Петр."
"— Для кого, может, и Бурнаш, а для тебя он господин Бурлаков, — наставительно сказал Колян и велел Петру: — А ну-ка встань, сынку, посередке комнаты, а мы полюбуемся на игрушечку. Да, забыл спросить... Тебя, псих, зовут-то как? А то перестараемся и не будем знать, за кого в церкви свечку поставить.
— Петром, — представился он, снял тапочки и аккуратно поставил их у стенки. Как всегда ниоткуда пришло понятие, что босая пятка работает эффективнее, чем, к примеру, нога, обутая в кроссовку или борцовку.
— Слышь, Винт, нам Петя-петушок попался, — радостно выдал Колян. — Ну и когда же тебя, малыш, запетушили? Смотри, рубашечку скинул, щас штанишки сымет...
На последних словах Коляна веселья чуть поубавилось. Он присмотрелся к шрамам на теле Петра.
— Где тебя так порубали, мужик! В зоне, что ли? Да вроде нет, похоже на пулевые ранения, — уважительно сказал Колян.
— Да по хрену, пулевые, снарядные... — мрачно подытожил Винт, подходя к Петру. — Парень борзый, и его надо поучить. Готов, псих?
Петр безразлично пожал плечами. Он сам уже рассмотрел и оценил противников. Колян был ростом с него, а Винт на полголовы повыше. Правда, в отличие от Петра, оба весом килограммов под сто десять. Уже привычно пришло понимание, что с двумя одновременно ему справиться будет тяжеловато, но возможно.
— Эй, Винт, чур, сначала я, — возмутился Колян. — Он же на меня первого наехал. А то я знаю, после твоих граблей один кисель останется.
— Нет базара, — лаконично сказал Винт и отошел к стене. — Работай...
Колян пружинисто шагнул к Петру. Остановившись в паре шагов, он энергично двинул плечами, видимо, проверяя готовность мышц.
