Жанр
Я был повсюду — от тихих лесов до пустынь, от высоких гор до глубинных морей. Пржевальский называл это «Тайными записками путешественника». Герои этой книги ставят под сомнение все, что мы считаем истинным и невозможным — будь то невидимые границы или призраки солнечного цикла. Они сильны, но каждый из них, как и любой в мире Аранталла, обречен на смерть....
Уже с алого уровня, подошва латных сапог, была мягкой и эластичной, а обратная сторона доспеха вполне приятной для тела. Как и почему простое вроде заклинание «Эфирной защиты» превращалось вот в такой доспех никто не знал, но в Академии Тессарин было как минимум два десятка магов имевших воинскую ипостась с эфирным доспехом."
"Благодаря хорошей защите, Алекс подошёл к задним дверям замка незамеченным. Двигался настороженно проверяя магические и технические сигнальные системы, но всё было пусто.
– Ах ты тварь! – Звук хлыста словно вспорол тёплый воздух, а следом женский крик почти оглушил.
Алекс открыл чуть скрипнувшую дверь, и вошёл на замковый двор, где справа от него, вдоль стены находился длинный сарай, а слева россыпь хозяйственных пристроек, включая мыльню и кузницу.
– Надо было заткнуть пасть этой шлюхе. – Произнёс другой голос, и новый удар хлыста вызвал ещё один крик.
У конюшни, которая шла вдоль крепостной стены находились три человека. Один держал в руках фонарь, второй хлыст, а третий или точнее третья была привязана за руки к перекладине наверху.
Алекс через ставшее уже привычным сопротивление мира и собственный иммунитет героев продавил магический паралич, и подойдя у привязанной женщине взмахнул шпагой.
– Смотри, они сейчас парализованы, но всё чувствуют. Кричать не могут, лишь будут едва слышно стонать. Можешь заниматься с ними спокойно.
– Ты не особенно торопись. Из них сегодня никто не выживет, кроме Белоглазого. Но у того будет особая программа.
Женщина дернула головой в сторону противоположной стороны конюшни.
– Там ещё трое… С Калиссой.
– Ясно. – Алекс также беззвучно ступая пошёл в другой конец строения.
В самом углу, разложив на сеновале ещё одну рабыню радовались жизни три героя, но судя по безжизненному лицу женщины, и закрытым глазам, та пребывала в глубоком шоке.
Вход в замок – широкая и короткая лестница заканчивалась массивными воротами с полукруглым верхом, закрытыми на мощный засов, который сешесс, пусть и медленно, но перерезал, словно ком замёрзшего масла.
