В гостиницу мы заселились без проблем: забронированный мной номер был свободен, и портье, всего лишь мазнув взглядом по приглашению на конференцию, вложенному мной в стопку с паспортами, выдал нам ключи, а коридорный подхватил гору наших чемоданов, не задаваясь вопросами, зачем нам столько багажа на три ночи и четыре дня?
В связи с тем, что бронировать гостиницу я по меркам уважающего себя секретаря бросилась “в последний момент” (спасибо, мистер Фаулер!), из приличных номеров в приличном месте оставался только трехкомнатный люкс, который, соответственно нам с сэром Фаулером придется делить, если он желает, чтобы его секретарь оставался в шаговой доступности.
Когда я принесла эту новость на утверждение работодателю, он не высказал никаких возражений ни о том, что секретарь будет проживать с ним в трехкомнатном люксе, ни о том, какие деньги придется за этот люкс заплатить.
“Я доверяю вашему выбору, мисс Ривс”.
Господи, за что мне такая ответственность на хрупкие плечи! Чужое доверие очень тяжело нести и не ронять.
Мы с сэром Кристофером дождались, пока оформление будет закончено и нам вернут документы… вернее, дожидалась я, сэр Кристофер мог в любой момент уйти, но почему-то дожидался тоже.
— Пришлите нам, пожалуйста, горничную в номер прямо сейчас, — попросила я.
Портье в форменной куртке и фуражке улыбнулся мне с привычно-профессиональной любезностью, протягивая наши бумаги.
— Зачем вам горничная? — Спросил сэр Кристофер, стоило нам отойти от стойки.
Затем, что я сейчас буду везде стелить постельное белье, привезенное с собой из дома. И отельное нужно будет куда-то деть — не валяться же ему по номеру все четыре дня?
— Я выдам ей инструкции, как следует убирать ваш номер, — сказала я вслух вместо этого всего.
Ну и инструкции выдам, конечно, тоже.
Горничная Эмма явилась сразу вслед за нами — я только начала распаковывать вещи.
— Эти два костюма нужно отнести в гладильную и освежить утюгом. Я готова доплатить за срочность, но работа должна быть выполнена безукоризненно: у сэра Фаулера через два часа фуршет.
— Да, мэм. — Юная, но не слишком хорошенькая девица присела в безупречном книксене, показывая, что здешнюю прислугу муштруют весьма серьезно.
— После этого вернитесь в номер и соберете постельное белье с кроватей, а также халаты и полотенца из ванной — мы будем пользоваться своими.
— Но, мэм… — горничная Эмма округлила глаза в растерянности, — Это входит в стоимость номера.
