В мире сновидений нет границ морали или государства — каждый фантазирует по своему. Здесь время неумолимо, минута может стать годом, а сон вечен. Внутри этих бескрайних снов можно быть на месте событий настоящего или в прошлом безграничным пространством во времени и пространстве....
Похоже, «Мастер снов» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Палатки с горячей выпечкой, сувенирные лотки, прогуливающуюся публику.
– Нет.
– Интересно, – произнес он с настораживающей вкрадчивостью. – А кто она сама?
– Нет.
– Еще интереснее.
– Я учу ее на эпиоса. Ей ни к чему знать подробности.
– А если бы ты не знал их о себе, тебе было бы легче? – Его голос начал наполняться вибрирующими нотами, довольно чувствительно бьющими по ушам.
– У меня была другая ситуация.
– Не увиливай!
Я поморщился.
– Гер, сделай одолжение, не ори.
– Извини. – Он «убавил громкость» до приемлемой.
– Тесно общался с Геспером? – усмехнулся я. – Изучил тему создателей кошмаров лучше? Кстати, я так и не поздравил тебя с вступлением в Пятиглав. Очень впечатляюще. Рад твоим успехам.
– Опять увиливаешь, – ухмыльнулся он, притормозил у ближайшего ларька с горячими рогаликами и оглянулся на меня. – Будешь?
– Нет, спасибо.
Герард расплатился с улыбающейся девушкой, забрал впечатляющих размеров скрученное в рог печеное тесто, тут же впился в него зубами, отхватив порядочный кусок.
– Я не вру, обычно… просто не говорю всей правды.
– Угм, – бормотнул он, обвиняюще мотнув головой."
"– Скажу ей обо всем, рано или поздно, но не сейчас. Пусть сначала убедится, что помогать людям не менее захватывающе, познавательно и опасно, чем… наоборот. И она уже делает успехи.
– Мэтт, мне все равно, кто ты такой, – произнес Герард душевно, расправившись с булкой. – Для будущего, как ты понимаешь, нет разницы – судьбу дэймоса оно выстраивает, целителя или обычного человека.
– Знаю. У оракулов всегда была смещена система ценностей, только поэтому ты можешь общаться со мной.
– Но в последнее время я ощущаю нечто тревожащее, – не обращая внимания на мои слова, продолжил он безучастно.
– Что именно?
– Пока не знаю. Нити сновидения оборваны, все перепутано… – Оракул замолчал, глядя на нечто в темноте аллеи, доступное только ему, потом тряхнул головой, отключаясь от воспоминаний о своих видениях.
Мы вошли в здание касс. Билеты еще были. Средний ярус, в центре.
– Ставки делать будешь? – вкрадчиво поинтересовался Герард.
– Нет, – ответил я с сожалением, отворачиваясь от огромных экранов с именами борцов и набранными ими очками.
– А я рискну.
