– Мосье, – прошипел он, – это сам Горацио Лоуз, без сомнения, направляющийся к мадам Нил. Чтоб добиться от нее толку, нам надо его опередить.
– Но…
– Прошу вас, не останавливайтесь. Вам нечего на него смотреть. Ей–богу, ничего интересного не увидите. Вперед – и звоните в дверь.
Звонить в дверь им не пришлось. Не успели они ступить на первую из двух ведущих к ней каменных ступенек, как дверь распахнулась у них перед носом. Те, кто оказался за дверью, удивились ничуть не меньше их. Из сумрака вырвался приглушенный взвизг. На пороге стояли две женщины, и одна держалась за дверную ручку.
Это, как догадался Дермот, была Ивета Латур. Темноволосая, большая, плотная, с крупными чертами, она, однако же, так стушевалась, что как бы слилась с мебелью холла. Недоумение на ее лице сменилось злобной радостью, сверкнувшей в черных глазках, чтобы тотчас уступить место безразличию. Увидев же вторую девушку лет двадцати с небольшим, мосье Горон так поразился, что у него глаза полезли на лоб.
– Так! – почти пропел он, срывая с головы шляпу. – Так–так–так–так!
– Прошу прощения, мосье, – пропела Ивета.
– Что вы, что вы.
– Это моя сестра, мосье, – вкрадчиво произнесла Ивета. – Она как раз уходит.
– До свиданья, милая, – сказала девушка.
– До свиданья, детка, – ответила Ивета с неподдельной нежностью. – Будь здорова. Кланяйся маме.
Девушка выпорхнула за дверь.
Нетрудно было заметить в них семейное сходство. Но небольшое.
Девушка была стройна, одета по последней моде и с большим вкусом, прекрасно держалась, словом, была, что называется, «шикарная девица». Большие темные глаза посмотрели на Дермота тем откровенно оценивающим и одновременно полным смешливой неуязвимости взглядом, какой сходит с рук только француженкам. Бесстыдно приманчивая недотрога. Пока она спускалась по ступенькам, вокруг нее парил, как полагается (разве что чуть–чуть слишком сильный), запах духов.
– Мадемуазель Прю, – галантно поклонился Горой.
– Мосье, – почтительно произнесла девица, вежливо приседая. После чего она удалилась к воротам.
– Нам нужна, – сказал префект Ивете, – мадам Нил.
– К сожалению, мосье Горон, вам придется перейти через дорогу, на виллу «Привет». Мадам Нил пьет там чай.
– Благодарю вас, мадемуазель.
– Что вы, что вы, мосье!
Ивета сохраняла невозмутимую вежливость. Но в тот самый миг, когда дверь уже затворялась за ними, на ее лице мелькнуло выражение, которого Дермот никак не мог определить. Не насмешка ли? Мосье Горон уставился на закрытую дверь и постучал по собственным зубам набалдашником трости, прежде чем надеть шляпу.
– Так! – пробормотал он. – Друг мой, я чувствую, что…
– Что?
– Что за этим маленьким эпизодом что–то кроется. Только не знаю, что именно.
– По–моему, тоже, – согласился Дермот.