И ни с кем из них он мог обсудить того, что прочел.
Брату знать не стоит. Матушка… это сделало бы ей больно, а последнее, чего желал Ардан, причинить боль и без того настрадавшейся Шайи. А Келли и Кене — им ни к чему.
Борис и Лена… они не друзья. Так — хорошие знакомые, но не более. Тесс… Арди вообще не понимал, какое место в его жизни занимает Тесс. Вот и получалось, что во всем мире не существовало того, с кем Ардан мог бы поделиться мыслями и разделить эту боль. Такую сильную и жгучую, что становилось тяжело дышать.
Никого, кроме лесного кота, полукровки Вил в дурацком кителе и с ненастоящими медалями.
— Что случилось? — спросил, через некоторое время, кот.
— Я получил ответы, — спустя несколько секунд размышлений, ответил Ардан. — на вопросы, которые очень долго себе задавал. А теперь не знаю, хотел ли на самом деле услышать на них ответы. Или мне так только казалось. Может было лучше оставаться в неведении.
— Неведение всегда проще, господин, но не всегда лучше, — похлопал его лапой Тополь. — Поверьте старому дружиннику.
— Да… ты прав… наверное ты прав, Тополь.
Они еще несколько минут посидели в тишине.
— Что будете делать теперь?
Ардан снова пожал плечами.
— Не знаю, — в который раз повторил он. — Если останусь здесь, то, может, стану, однажды инженером, а если вернусь в Метрополию… не знаю, что меня ждет в Метрополии, но просто и легко — не будет точно.
— Понятно… — протянул Тополь и, неожиданно, вскочил на ноги… лапы и картинно поклонился. — Не ведаю, как принято у двуногих, но мы, в такие моменты, ищем поддержки у наших друзей, господин. А я, как раз, являюсь связным между вами и вашим другом — Великой Княжной. А что за друг, если не готов разделить боль и трудности с близким.
Ардан едва не поперхнулся.
— Рассказать маленькой девоч…
Его перебил щелчок каблучка, ударившего о пол.
— Не маленькой девочке, господин Эгобар, а вашему другу, — настоятельно поправил Тополь. — Запертому, с детства, в клетке. Которая, однажды, взвалит на себя все, что ей оставят в наследство её не самые простые родители.
Ардан невольно вспомнил слова, некогда сказанные ему дедушкой. Тот оказался прав. На всю предгорную губернию не отыскалось того, кто смог бы понять метания души Ардана.
И, чтобы найти такого человека, пришлось добраться до самой Метрополии.
Наверное, если бы Ардан отдохнул, все хорошо обдумал, то уже на следующий день и в мыслях бы не держал идею изложить свои метания в письме не просто тринадцатилетнему ребенку, а еще и наследнице престола.
Но… сейчас он находился не в лучшем своем состоянии, чтобы сохранять возможность трезво мыслить. И потому он написал письмо.
Написал и вручил Тополю.
— Я вернусь совсем скоро, господин Эгобар, — с поклоном произнес кот и, щелкнув каблуками, растворился во тьме.