Встреча Матвея с друзьями переросла в неожиданное знакомство с человеком из другой жизни. Встреча происходила весело и непринужденно, но в воздухе всегда чувствовалось что-то загадочное и полезное. Мажарин — это новый персонаж, ставший не просто случайным участником беседы, а человеком, чьей судьбой теперь интересуются все присутствующие....
— Как же нам разговаривать… что ни слово, то колючка…
— Как обычно, — спокойно сказал Мажарин. — Меня тоже многое цепляет."
"Переключайся, и все. Раз переключишься, второй третий, десятый, пятнадцатый, а потом привыкнешь и перестанешь реагировать. Все пройдет, надо только время. И, поверь, не так много, как ты думаешь. У нас куча дел. Мы найдем, чем заняться. Грустить точно не будем.
— Да уж, с тобой весело, Мажарин. Грустно с тобой никогда не было.
— А теперь будет еще веселее. Потому что теперь я вообще суперчеловек: лишнее отрезали; чего недоставало — добавили.
Марина засмеялась и, пригнувшись, уткнулась лбом ему в грудь:
— Что ты такое говоришь…
— Чистую правду. — Вплел пальцы в волосы и сжал ее голову. — А ты почему шрамы не убрала?
— Зачем? — Снова оторвалась от него и села прямо. — Они мне не мешают. Я не оголяюсь ни перед кем. Сама их не вижу. Мне все равно. Я мазала их кремом от рубцов, потом бросила, но о том, чтобы удалить, как-то вообще не думала.
Ну да, спина у нее гладкая, не безобразная, как могло бы быть, шрамы ровные, но они есть, и даже пальцами чувствуются.
Мажарин слегка свел брови, задумавшись, но вопроса не озвучил, а Маринка засмеялась, словно прочитала его по глазам:
— Сережа, ты думаешь, если я с Мотей не спала, так с кем-то другим спала? Я ни с кем не спала. Только ты у меня был последний. Думаешь, мне после всего до мужиков было?
Он не выразил особой радости, ничего в ответ не сказал, притянул ее к себе с тяжелым вздохом. Другая заявила, ни за что бы не поверил.
— Так что, Мажарин, как ты и говорил: только ты меня трахал. Радуйся.
— Я рад.
— Еще бы, — усмехнулась она.
— Нет, ты не поняла. Я рад, что тогда он не тронул тебя…
— Я тоже рада, — прошептала она, перестав улыбаться, — что хотя бы это сохранила.
Что физически я тебе не изменяла. Да и в душе никогда…, несмотря ни на что…
Сергей поцеловал ее в шею, но целовал тихо, мягко, не наполняя поцелуи горячей страстью.
Да, он был рад.
— Никогда не думал, что скажу такое, но спать я сейчас хочу больше, чем секса.
— Честно.
— Давай поспим. Нам надо выспаться.
