Встреча Матвея с друзьями переросла в неожиданное знакомство с человеком из другой жизни. Встреча происходила весело и непринужденно, но в воздухе всегда чувствовалось что-то загадочное и полезное. Мажарин — это новый персонаж, ставший не просто случайным участником беседы, а человеком, чьей судьбой теперь интересуются все присутствующие....
И первый спазм, заставивший ее рвано беззвучно вздохнуть и выгнуться…
Сильнее в нее, сильнее…
До последней дрожи. До вымученного стона. До свободного вздоха…
Крепко обнял ее, еще трясущуюся, опьяненную. Взмокшую. Всю им пропитанную.
Она в кольце его рук задышала свободнее.
— Сереженька, мой дорогой, мне так хорошо, очень хорошо.
— Волшебное слово.
— Спасибо, милый, — с тихим слабым смешком.
— Не то говоришь, — посмеялся он, словно смех этот выдохнул.
— Я знаю, — и она, удушливо посмеявшись, поцеловала.
Мажарин сдавил руками ее голову. Твердо прижался ко рту, глубоко скользнув в него языком. Так горячо у нее. Жарко. Он хотел быть там, войти и коснуться этого жара. Шелкового влажного языка. Нежной щеки изнутри, твердого неба…
Прямо сейчас. И, наверное, умереть от этих ощущений.
Марина оторвалась и зашептала:
— Я очень хочу, чтобы тебе было хорошо, очень хочу… — Мягко и широко лизнула шею.
Всосала кожу с поцелуем. И плевать, что засос будет на видном месте.
Она хотела. Да, очень.
Разбить его в нем. Умертвить и оживить. Руками, губами. Горела, как безумная…
Сдвинулась с него, все еще чувствуя свою слабость. Сползла вниз по крепкому телу.
Погладила его. Нежно. Сомкнула пальцы у самого основания и чуть сжала.
Дыхание у Мажарина оборвалось, и живот свело судорогой предвкушения.
Обхватив губами головку, слизнула обильную влагу. Прошлась языком по всей длине. Убрала руку, горячо и туго вобрав его в себя. Медленно ласкала, быстро доводя до сумасшествия.
Заставляя запрокидывать голову и вжиматься в постель от накатывающих судорог. От нежности и твердости. От жара. Того самого. Глубокого, до стенки глотки.
Что-то прошептав, неразборчивое сладко-бредовое, погладил ее щеку. Низко застонал.
Она застонала тоже. Едва слышно. И этот тихий звук, прокатившийся по телу вибрацией, убил последние остатки самоконтроля.
Жар захлестнул, пробивая новым потом. Стиснув зубы, Сергей внезапно вздрогнул.
Хотел оттолкнуть от себя, но Марина перехватила руку, и он, не сдержавшись, чуть выгнулся. Глубоко толкнулся ей в рот и кончил, взрываясь каждой клеточкой своего тела.
Отпустив его, она сглотнула. Лизнула бедро, словно вытерла язык.
— Грязненько получилось, да, — хрипло и с трудом проговорил, запустив пальцы в волосы и сжав ее голову. Подтягивая на себя вверх, хотя сил в руках не было.
— Я тебя попробовала. Поела…
— Вкусно?
— Кайф.
