Автор
Рома, забывчивый джентльмен, не помнит, чья это женская заколка на кровати. Его жена Марина обвиняет его в краже, но Рома остаётся невозмутимым. Внутри квартиры ищет ответы, оставшись в тёмной ночной атмосфере, где каждый предмет может оказаться случайным отражением действительности....
А потом резко приподнимается, натягивает футболку и встаёт с кровати. – Ложись спать, Ань. Нам всем надо выспаться.
– Спасибо. Правда, спасибо, Миш. Только можно вопрос?
– Ну давай.
– Та фанатка приходила сегодня к автобусу?
– Откуда ты знаешь?
– Рассказали. А разве ты не хотел, чтобы я знала? Ты общаешься с ней, да?
– Пару раз отвечал. Сейчас не читаю ее письма. Ань, не загоняйся, подумаешь, просто настырная фанатка, бывает.
Ещё раз улыбнувшись напоследок, он выходит, пожелав мне спокойной ночи.
А я откидываюсь на подушки, обнимая себя руками.
Боже, как мне стыдно за себя. В голове такая каша невероятная. Спать? Да ну, не хочу я спать.
Мне нужно проветриться. Быстро одеваюсь, накинув сверху толстовку, рукава которой завязываю на шее. Спускаюсь на первый этаж. Кажется, там в лобби продают кофе, а мне снова надо закинуться. Подхожу, сжимая в руках пластиковую карточку.
– Девушка, извините, у нас поломка кофемашины, мы временно не работаем, – встречают меня вот такой приятной новостью.
Даже отвечать не хочу. Закатив глаза, разворачиваюсь и вижу Шумского за одним из дальних столиков в лобби. И на столике у него стоит стаканчик кофе. На нем сломалось что ли? Сучара.
Уже собираюсь пройти мимо, но он все-таки отрывает голову от телефона и замечает меня.
– Анечка, – сразу эта ухмылка. – Кофейку хотела? Забирай мой.
– Перебьюсь.
– Да все равно нельзя мне перед матчем.
Торможу. Обдумываю ровно секунду, подхожу к свободному креслу рядом с ним и усаживаюсь, забирая уже немного остывший стаканчик.
– А зачем взял?
– Ну если официально нельзя, кто сказал, что я следую правилу?
Да ещё бы, Ром.
Пробую один глоток, не особо впечатляясь вкусом.
– Зачем ты это делаешь, Шум?
– Что это? Отдаю тебе кофе, который мне нельзя? Жадностью не страдаю, Анютон.
– Нет. Ты же понял. Зачем ты цепляешься ко мне?
Он заправляет свои светлые пряди за уши, нагло улыбаясь, и от этого появляется ямочка на правой щеке.
"– Бог мой, Аня, я ещё даже не начинал. Если бы хотел, мы бы с тобой не тут сидели. И вообще, ты могла бы сказать спасибо за кофе, – добавляет в конце.
– Ага, ты бы предпочёл взять натурой в туалете.
Бровь у него ползёт вверх.
– Нет, зайка, – фу, какая дешёвая попсятина. – Точно не в туалете.
