Автор
В холле кафедры разлилась легкая веселая дискуссия, когда Саша услышал знакомый голос однокурсницы. Его сознание путалось, как в мутной воде, и только стыдливость заставила его пошевелиться, привлеченный неожиданной новостью. Кровь бурно стучала в висках, словно толпа, у которой нет больше места для дискуссий. Вокруг все обсуждали Стаса Аверина с девушкой, и каждое слово натягивало кожу, будто бы злые зубы нахваливала недостойную тему....
В жар бросает, если представить, что с Сашкой что-то может случиться.
– Я обещаю!
– Я запомнил, Стас Аверин.
Киваю.
Прохладный воздух остужает легкие, которые горят огнем. Ветер забирается за спину, она сплошь покрыта потом.
Шагаю в сторону, утягивая за собой лисицу. Щелчок – машина открыта. Помогаю сесть Белинской. Вижу, как трясутся мои руки.
Тремор, как у старика.
Встреча с прокурором ни в чем не уступает встрече с отцом. Только сейчас, несмотря ни на что, я чувствую, что мы разговаривали на равных.
Да, Белинский меня презирает, не понимает, да он вообще против меня как парня для его дочери, но я ни на секунду не чувствовал себя пустым местом.
Прокурора вместе с его ромашковым оставляем позади. Лисица сидит и молчит, смотрит в одну точку.
Клянусь, если она сейчас остановит меня, то это будет наша последняя встреча. Потому что сейчас на стол перед ней и ее отцом выложил свои карты. Почти все.
В груди кочергой горящие поленья горят, заполняя меня углекислым газом до отравления. От чувств больно, ощущения топят.
Ее упертость довела до того, что я не могу без нее. И бесит до рези, и от зависимости уже невозможно вылечиться.
– Ты правда на свидание меня везешь?
– Нет, – тут же отвечаю.
Перекрещиваем взглядами. Снова этот удар. Сердце поражает.
– А куда?
Давлюсь смехом. Несмотря на дождь, мне сейчас очень хорошо. Ехать бы и ехать вперед.
– Разве это важно, когда…
Лисица качает головой и поворачивается ко мне корпусом.
На ней какая-то полупрозрачная блузка, где я фиксирую очертания лифчика.
– Поехали ко мне? – серьезно спрашиваю.
Сашка открывает рот и втягивает воздух. Красивая сейчас. Как ее можно обидеть-то?!
– Потом вызовешь мне такси? – с грустью говорит и смотрит, не моргая.
В душе мрак. Если бы не отец тогда, она бы осталась со мной в ту ночь. А больше мы ни разу и не спали вместе. Секс был. Охрененный, незабываемый, крышесносный.
Теперь обнимать ночью хочу ее. Она вон мерзнет постоянно. Как одна в постели без меня-то? Поди, под двумя одеялами спит.
– Ни за что. Со мной останешься. До утра.
– Тогда мороженое купи. Жуть как хочу. Клубничное.
Глава 31. Саша
Глава 31. Саша
Моя влюбленность в Аверина -- как яд, дерущий изнутри. От него нет спасения. Даже лекарства, которое бы облегчило мои муки, нет.
Саша.
Саша. Набираю воздуха полную грудь и делаю робкий шаг внутрь.
