Автор
На лунном свете городка весна кипит восторгами: на реке изгибаются колыбельные воды, а над ней — цветущие сады, где воздух наполнен запахом полевых тюльпанов и яблоневого мёда. Девушки прячутся за лианами, уютно погружаясь в тенистые тени. Вот только к вечеру, когда сумерки пропитываются ароматом засыпающих лугов и первыми росами на глади реки — городок наполняется задушевными беседками и неспешными прогулками под мажорный аккомпанием летних сумерек....
— Вы думаете, она выкарабкается?
— А почему бы и нет? Вон, на прошлой неделе самоубийцу привезли. Напился для храбрости и сиганул с седьмого этажа, из-за несчастной любви. Жена бросила. Так он, представляете, пролетел сквозь каштан и упал в жасминовый куст — тут кровища, шум, гам, «Скорая», сразу сюда, в реанимацию и на операционный стол. Смотрят, а у него несколько царапин от веток и нога сломана. Ничего — скачет теперь по травматологии на костылях, сестричкам глазки строит. А главное — жена-то вернулась, сидят тут вечерами, как голубки, воркуют.
Маша сама не знала, зачем несет всю эту чушь про Валерика-неваляшку, как окрестили его языкастые сестрички из травматологии. Но как медик от бога — чувствовала, что Маркелу сейчас нельзя позволять копаться в себе, в своих боли и страхе. И действительно, на губах парня появилось подобие улыбки. Он достал телефон и, отыскав фотографию девушки, протянул медсестре.
— Вот она какая, моя Яна.
С экрана смотрела девушка со счастливой улыбкой.
— Красивая, — одобрительно покачала головой Маша.
— Если с ней случится что-нибудь… непоправимое, я не знаю, как смогу жить дальше. И смогу ли. Это несправедливо, нечестно…
Маркел спрятал мобильник и сглотнул подступивший к горлу ком. Потом попытался улыбнуться и спросил, чтобы сменить тему:"
"— А вы, наверное, еще учитесь? Выглядите такой молоденькой, как школьница, а говорите как хороший врач. — Маша замахала руками, застеснялась:
— Да что вы… Вот Андрей Карлович — тот да.
— Сдадите, обязательно — таких, как вы, надо побольше в медицину. Хотя, конечно — выучитесь, пойдете работать, и что? Зарплата-то копеечная у врачей. У меня соседка всю жизнь в поликлинике проработала, и муж врач-анестезиолог. Живут — от зарплаты до зарплаты. Стыдно за страну, где так людей не ценят.
— А вы чем занимаетесь? — спросила в ответ Маша.
— Я? — Маркел замялся и почесал отросшую за ночь щетину. — Ну, скажем так, мелким бизнесом. На жизнь хватает. Жениться вот собирался. На Яне.
— Понятно.
Воцарилось неловкое молчание. Никто не знал, как еще продолжить разговор. Маша внезапно подумала — как, наверное, хорошо, когда тебя любит такой сильный, надежный и уверенный в себе мужчина. Именно мужчина, не мальчик, стреляющий у тебя мелочь на курево и клянчащий конспекты на семинары.
