Автор
Вдали от берега, застывшие галеры в полуденном мареве напоминают драгоценные камни. Андреа Дориа наблюдал за этим живописным видом со скалистого мыса Портофино, стремясь к Капо-Мелле. Меч ислама ощущается в воздухе здесь, на границе двух миров.
Ее поселили в крепости Анжевин по соседству с принцессой, в тех самых покоях, где когда-то жил дель Васто, и Джанна наслаждалась роскошью, достойной королевского наместника.
Просперо рассказал Джанне об отчаянном предприятии, которое ему поручили возглавить.
— Это очень опасно, — сказала она.
— У меня нет другого пути. Я знаю, что обязан это сделать. Джанна покачала головой.
— Мне уже рассказали о мощи флота Драгута. Силы столь неравны, что я не отпустила бы вас, если бы смогла. Но не могу. В вашем положении придется на это решиться.
Он ответил ей так же, как принцу Оранскому:
— Адмирал обязан своим поражением несчастному случаю, а не моему злому умыслу!
— Но вы могли бы начать все сызнова, Просперо! Могли бы, если б не боялись тяжких последствий для себя! Он задумался.
— Легко сказать… Но вы правы: ради нашего с вами счастья я должен примириться с Дориа, если это будет в моих силах.
— Слишком поздно, любимый, — сказала она, сокрушаясь. — Вы не сможете сделать больше, чем делаете сейчас. Я не в силах вас удержать, хотя скорее всего потеряю вас. И это все последствия проклятой распри!
Он вздохнул.
— Спасение будет зависеть от того, удастся ли мне победить. Иначе я потеряю не только честь, но и нечто большее.
— Что именно?
— Вас, моя Джанна.
Она пренебрежительно усмехнулась.
— Неужели вы думаете, что меня волнует мнение света? В моих глазах, Просперо, вы никогда не будете обесчещены. Что бы ни случилось, я стану вашей, как только вы этого пожелаете.
Он привлек ее к себе.
— Смелое сердце! Я хочу, чтобы вы стали моей, когда я очищу свое имя от позора. Я ставлю на карту все, что имею, и все, что из себя представляю, чтобы победить и завоевать вас!
— Но если вы не…
— Если нет… — Он умолк, нежно улыбнувшись ее широко раскрытым глазам.
Слова Просперо не обманули Джанну. Она поняла, что значит это «поставил все». Это значило, что он не переживет поражения. Глаза женщины наполнились слезами; она подумала, что, возможно, видит его в последний раз.
— Просперо, я никогда не могла бы гордиться вами больше, чем сейчас. Я буду молиться, не поднимаясь с колен, до тех пор, пока вновь не увижу вас.
