Автор
Вдали от берега, застывшие галеры в полуденном мареве напоминают драгоценные камни. Андреа Дориа наблюдал за этим живописным видом со скалистого мыса Портофино, стремясь к Капо-Мелле. Меч ислама ощущается в воздухе здесь, на границе двух миров.
И когда благодарные гребцы приникли к кувшинам, передаваемым от скамьи к скамье, словно в награду за доброту Просперо пронеслось дуновение восточного ветра, взволновавшее стеклянную поверхность моря. Это был предвестник устойчивого бриза, задувшего со стороны Ливана. Под скрип блоков поднимались паруса, весла были уложены в гнезда, а уставшие невольники отправились отдыхать. По мере приближения рассвета ветер крепчал, и только из-за спешки Просперо не стал зарифлять паруса, даже когда форштевень при каждом броске вперед начал зарываться в воду, а из шпигатов хлестало, как из фонтанов.
Остальные галеры вынуждены были последовать примеру флагмана. Так как шли теперь под парусами, походный строй изменился: суда образовали изломанную шеренгу. «Проспера» занимала место в центре, а галеон двигался под парусами на правом фланге.
К полудню впереди показалась земля, а когда Просперо, его помощник Адриано Аллори, худой генуэзец средних лет, и дон Алваро сели обедать, флот входил в пролив Бонифачо.
— Рейд к воротам Испании, — определил Алваро и горячо, цветисто выругался. — А мы не успеем помешать! И да поможет Бог благородному и могущественному графу Мельфийскому, когда об этом узнает император!
Просперо мысленно взмолился, чтобы ветер сохранился еще на сутки и они смогли хотя бы отомстить за то, чему не успевали помешать.
Утром в среду вновь поднялся ветер, и вместе с ним — настроение Просперо. Суда, как и накануне, с риском двигались полным ходом. Но все та же благосклонная фортуна, пославшая им столь необходимый ветер, продолжала оберегать их.
