Меч ислама — читать онлайн бесплатно полностью

Мнящие себя судебными исполнителями не вправе называться благородными людьми, мессир Дориа.

— Пока вы — мой пленник, вы очень обяжете меня, если ограничитесь лишь тем, что вас касается, — только и смог ответить Филиппино. Он повернулся спиной к маркизу и отрывисто приказал Ломеллино отвести пленника на борт «Моры».

Ломеллино выполнил приказ не раньше, чем выразил свой протест, заявив, что по всем законам войны право потребовать выкуп принадлежит ему — тому, кому сдался Просперо Адорно. Но его грубо оборвали.

— Ты что, не слышал, как я говорил, что он — не обычный военнопленный? Что он — изменник и что мой долг — передать его в руки правосудия? Могу ли я изменить своему долгу ради нескольких дукатов, которые он может тебе принести?

Тем временем дель Васто, разъяренный тем, что произошло с его другом, делал все, что мог. Поскольку с ним, как и с прочими офицерами, обошлись соответственно их рангу и предоставили ему под честное слово свободу передвижения по галере Филиппино, он умудрился послать резкое письмо с протестом маршалу де Лотреку. Проявляя великодушие, Лотрек, верховный главнокомандующий всеми силами, блокирующими Неаполь, потребовал от Филиппино передать ему всех пленников, захваченных при Амальфи. Но Филиппино, блюдя свои личные интересы и обладая присущим всем членам его семьи чутьем на наживу, ответил, что пленные принадлежат господину Андреа Дориа, в интересах которого он и действует. Лотрек продолжал настаивать, напомнив, что Дориа — лишь слуга короля Франции, верховным представителем которого в Италии является сам Лотрек. Он вновь категорически потребовал, чтобы пленники были отправлены в его распоряжение. Упрямство Филиппино было поколеблено, но не сломлено. Он ответил, что в его инструкциях оговорены условия службы у Андреа Дориа, по которым все захваченные в плен являются собственностью адмирала, а выкуп за них — его военной добычей. Однако ввиду настойчивости маршала Филиппино немедленно готов написать своему дяде письмо с просьбой о более подробных указаниях.

На том дело и остановилось, и Филиппино, исполненный злобы и нерешительности, продолжал удерживать своих узников. Основная их масса и те выкупы, которые они могли бы принести, его не очень волновали. Он скорее готов был отдать их всех Лотреку, чтобы избежать его недовольства, если бы можно было исключить из их числа Просперо. Но им руководила не только злопамятность. Он опасался мести клана Адорно, видя в предприимчивом и вспыльчивом духе его главы угрозу владычеству Дориа в Генуэзской республике. Однако черная мстительность как-то раз побудила его навестить закованного в цепи Просперо Адорно.