Автор
Вдали от берега, застывшие галеры в полуденном мареве напоминают драгоценные камни. Андреа Дориа наблюдал за этим живописным видом со скалистого мыса Портофино, стремясь к Капо-Мелле. Меч ислама ощущается в воздухе здесь, на границе двух миров.
Еще раньше, касаясь его, он понял, что оброс косматой бородой, которая уродовала его. Но ужасный вид впалых щек и ввалившихся глаз потряс Просперо. Он сразу стал раздражительным и капризным, замучил Амброджо абсурдными поручениями.
В итоге пришедшая в полдень с визитом хозяйка застала в павильоне господина, изрядно смахивавшего на того, кто две недели назад карабкался на стену ее дома. Выбритый, коротко подстриженный и сносно причесанный, облаченный в свой прежний черный парчовый костюм, Просперо с поклоном встретил ее у порога.
Покаянно приняв упрек за то, что слишком рано встал на ноги, он тотчас же сел по велению хозяйки и позволил ей обложить себя диванными подушками.
— Вы терпите это, будто мученик, — пошутила она.
— Мученик, который попал в рай.
— Дорога к раю ведет через врата смерти, а они не распахнулись перед вами.
— Совсем не так. Чтобы попасть в рай, надо было перелезть через стену. Что же касается остального, то я отказался переправиться через Стикс, обнаружив Элизиум22 на этом берегу.
— Так-то вы благодарите своих спасителей?
— Если существуют лучшие слова признательности, научите меня им. Она стояла, глядя на него сверху вниз.
— Словам? Какое значение вы придаете словам! Я подозреваю, что они для вас — что-то вроде ярких бусинок, из которых вы составляете прелестный узор для собственного удовольствия.
— О, и чтобы порадовать других, я надеюсь. — Просперо поднял глаза. — Я обязан вам столь многим, и при этом даже не знаю вашего имени.
— Моего имени? Друзья зовут меня Джанной.
— Тогда позвольте и мне называть вас Джанной, поскольку я, должно быть, больше, чем друг. Почти ваше дитя, ибо вы дважды подарили мне жизнь.
— Хорошо, сын мой, но при условии, что вы будете вести себя, как сын.
— Почтительность моя превзойдет сыновнюю.
— Я согласна, поскольку она подразумевает и послушание.
В этот день она оставалась с ним намного дольше обычного, а на следующий доставила ему удовольствие, придя в павильон на обед.
"Шли дни, силы Просперо восстанавливались, и хозяйка все больше и больше времени проводила в его обществе. Пролетело семь дней с тех пор, как он впервые поднялся, дней, в течение которых окружающий мир был напрочь забыт, а воспоминания о прошлом и страх перед будущим — стерты.
