В эпоху ужесточенных мер против терроризма в России, где поправки к законодательству предоставили президенту новые полномочия для борьбы с международным экстремизмом, мир кажется под наблюдением. Но в поднебесной Москва идет по другому пути: скромные электрички "Тиходонск – Москва" переродились в символы гражданской войны, где каждая маршрутная линия имеет свой сценарий борьбы за выживание....
Но он не стал перехватывать инициативу, потому что умным быть легко на оперативном совещании с подчиненными, а не на переговорах с отмороженными бандитами, от которых не защищают ни должность, ни регалии. Здесь ценятся личные качества и опыт. А Слепцов за истекший год дважды вел переговоры с преступниками, захватившими заложников. И даже лично застрелил одного из них.
Замятин откинулся на спинку сиденья и пристроил во рту сигарету. Еще десять лет назад заложников не захватывали. Сегодня это стандартный вариант, которым никого не удивишь.
Полковник нервно барабанил пальцами по обшивке двери, потом бросил взгляд на часы.
– Я на месте, Василий Петрович! – почтительно доложил он. – Преступники нервничают. Открыли стрельбу, угрожают заложникам. Слепцов ведет переговоры, тянет время. Снайперы занимают позиции, район оцеплен.
– Указания обычные – устранить очаг напряженности, – туманно ответил генерал. – К вам направлены дополнительные силы и средства. Докладывайте обстановку.
Замятин вздохнул. На пути сюда уже наверняка пара представителей ФСБ, кто-нибудь из высокого руководства и, естественно, парни из спецподразделения СОБРа, которые в итоге и будут осуществлять захват и обезвреживание преступников. И, конечно, незваными появятся журналисты, будь они неладны!
Пока проходил подготовительный, самый неброский этап операции.
Подъехала еще одна «Волга» с синим номером министерской серии. Симпатичная женщина в форме майора милиции, приоткрыв дверцу, говорила по рации. Замятин понял, что она докладывает обстановку на самый верх.
