В эпоху ужесточенных мер против терроризма в России, где поправки к законодательству предоставили президенту новые полномочия для борьбы с международным экстремизмом, мир кажется под наблюдением. Но в поднебесной Москва идет по другому пути: скромные электрички "Тиходонск – Москва" переродились в символы гражданской войны, где каждая маршрутная линия имеет свой сценарий борьбы за выживание....
Надо будет проверить списки пассажиров семнадцатого вагона.
– А что нам было делать? Они сразу с вещами пришли, поставили на мой диван. Тот, который «Умный», говорит: только не расстраивай меня дед, иди с миром… Вот так говорит. Правда, денег не пожалели. Там не только на бутылку, на пару ящиков хватило бы. А я не хочу себе проблем. И никто не хочет.
– А как вашу соседку звали? – спросил Денис. – Ту, которая вместе с вами перешла в семнадцатый вагон?
– Зина. То есть… – Уваров смутился. – Зинаида Аркадьевна…
Зинаида Аркадьевна Клепикова, вспомнил Денис.
Распрощавшись с Уваровым, Денис взял из сейфа отдельную папку, подписанную «ПАССАЖИРЫ». Эту папку он вел для себя, и там было всего четыре листа. На первом – полный список, двадцать фамилий. Паспортные данные, возраст и т. д. Второй лист озаглавлен «Мертвые души». Десять фамилий. Денис взял карандаш и добавил туда Таризова, Левковича и Казенина, которых не успел вписать в пятницу, – всего получилось тринадцать «мертвых душ».
Третий лист – «Беженцы», два человека. Денис добавил к ним Уварова и Клепикову, перечеркнув их фамилии на четвертом листе, озаглавленном тремя большими вопросительными знаками.
"Итак, помимо «мертвых душ» в 19-м вагоне имелись так называемые «беженцы». Какая-то часть пассажиров, подобно Уварову, была вынуждена покинуть вагон под давлением неких «здоровенных, накачанных, не обремененных интеллектом» молодых людей. Тихо, без шума, взяли свои вещи и ушли в другой вагон. Мама с сыном-второклассником (Татьяну и Игоря Зайцевых Денис опрашивал в среду).
