В эпоху ужесточенных мер против терроризма в России, где поправки к законодательству предоставили президенту новые полномочия для борьбы с международным экстремизмом, мир кажется под наблюдением. Но в поднебесной Москва идет по другому пути: скромные электрички "Тиходонск – Москва" переродились в символы гражданской войны, где каждая маршрутная линия имеет свой сценарий борьбы за выживание....
Судьба лондонского состава имеет вид смуглого молодого человека, явно иммигранта, коих в гордящейся своим демократизмом английской столице насчитывается целых двадцать процентов. В московском метропоезде это тоже смуглый молодой человек из тех, кого называют «лицами кавказской национальности» и количество которых точно никем не определено. У каждого из этих молодых людей есть сумка, их содержимое почти полностью совпадает друг с другом. И то, что они тихо бормочут пересохшими губами, при квалифицированном переводе совпадет почти на сто процентов.
Лондонско-московский подземный состав несется к своему закономерному концу: станция King’s Cross сменяется станцией Савеловской, их различия не имеют сейчас никакого значения, а кромешная темнота труб вообще одинакова во всем мире… В этой темноте смуглые молодые люди и сделали то, что им было поручено.
Взрывы в замкнутом пространстве звучат особенно гулко, дребезжит разорванное железо, скрипят тормоза, кричат испуганные люди, стонут раненые… Ударная волна с клубами гари вырвалась на Euston Square и на Дмитровскую, диспетчеры метро и трубы остановили движение на пострадавших линиях, завывая сиренами, понеслись по поверхности полицейские и санитарные машины, как с правым, так и с левым рулем…
И конечно же, вскоре появились репортеры.
– Говорю вам, я чудом избежал смерти. Просто чудом. До сих пор не знаю… Не понимаю, как остался жив!
Руки Ричарда Банкса тряслись от нервного возбуждения, и он с трудом удерживал в пальцах тлеющую сигарету.
У Валерия Ивченко тоже дрожали руки.
– Я чуть не сел в этот вагон, именно в этот, в последний момент увидел симпатичную девушку, захотел познакомиться, а она пошла в следующий – там было свободней… Ну и я побежал за ней, потому и спасся… Закурить можно?
– У нас не курят, – холодно ответил сержант милиции метрополитена.
Москва– Все эти взрывы из одной серии, – начальник аналитического отдела Управления «Т» – маленький розовощекий мужчина с бросающейся в глаза бородавкой под левым веком протянул Стравицкому сначала один документ, затем другой. Третий он на некоторое время задержал в руках, давая генералу время осмыслить содержание двух предыдущих.
Но начальнику Управления «Т» этого не требовалось. Все и так было предельно ясно.
