Нет, я не думаю, что капитан выжил, но даже его труп может доставить нам немало неприятностей…
Лоренс с трепетом бросил взгляд на безмятежные воды канала. Он понял, что хотел сказать Клаас этим несколько двусмысленным утверждением.
Но другие стояли дальше от гранаты. Кто–то сохранил самообладание и выбрался до того, как вода поймала его в ловушку. Он может вернуться с подкреплением или может счесть нас мёртвыми и промолчать…
— Почему?
— Из–за этого, — Клаас протянул руку и дотронулся до ожерелья на груди Лоренса. — Бесхозная драгоценность. Надёжно спрятана в известном лишь ему месте. Вот так он может подумать. И если это правда, он не станет торопиться писать доклад. Напротив, он постарается завладеть ею сам, когда события этой ночи сотрутся из памяти его товарищей.
— Надеюсь, что это не Ван Остер…
— Вы знали его раньше?
— Да. Он изображал одного из подпольщиков, — Лоренс пересказал беседу с юффру Стаатс.
— Мы должны удостовериться в его гибели, — Клаас даже прищёлкнул языком от досады. — Малышка не должна подвергнуться опасности из–за этой падали. Спрячь это, — он постучал по ожерелью, — и пошли.
И, используя каждый клочок прикрытия в саду, они начали погоню за неизвестным. Преследование закончилось, когда следы привели к месту стоянки машины, уехавшей совсем недавно.
— Мы должны возвращаться по реке, — тяжело вздохнул Лоренс. — И нам не стоит опасаться наци в доме. Большинство из них, если не все, были здесь.
— Но мы не сможем воспользоваться ходом с реки. Я ходил там, только когда малышка меня ожидала, а она не будет делать этого второй раз за ночь.
— Ну, тогда попытаем счастья с охранником у ворот. Пошли быстрее! — какая–то лихорадочная суетливость охватила Лоренса.
Один раз он уже испытывал такое ощущение — по дороге в Тжину. Юноша сделал то, за чем пришёл, но не собирался уходить, пока не убедится, что Кати не запуталась в паутине, сплетённой Ван Остером. Если бы это было возможно, то он забрал бы её с собой в Англию.
Теперь не требовалось прятаться под попоной в лодке. Напротив, он вырвал вёсла из рук Клааса. Старый евразиец мог проявить железное мужество перед миром, но хватка его стала менее уверенной, шаг не таким твёрдым. Он пустил полузатопленное судно вниз по течению и стал грести с самым высоким темпом, на какой только был способен.
— Мы вытащим Кати и хозяйку и возьмём их… — планировал юноша вслух.
— Куда? — в вопросе Клааса послышалась снисходительность.
— На болотный остров, где они будут в безопасности…
— Вы не сможете сделать этого, даже ночью, — покачал головой Клаас. — Наци мечутся по округе весь день. Они в тревоге.